В дверях встал Алекс и, прищурив глаза, напомнил:

— Договор, миссис Уильямс. У нас с вами договор. Помните?

Терри взяла бокал у Грега и в свою очередь, собираясь с разбегающимися мыслями, напомнила:

— Ба… Ты обещала — если со мной все будет хорошо, то ты помиришься с Алексом и Грегом. Со мной все хорошо, не считая потерянных очков. — она принялась пить — тирада нелегко ей далась.

Элеонора Уильямс повернулась к внучке, вкладывая в голос все свое недовольство, раз на лице его рассмотреть Терри не удалось:

— Про мистера Плитта в обещании не было ни слова. Я обещала, что прощу мистеру Смиту его ручную псину. Не более того.

— Псину? — в комнате, пугая Терри, запахло смертью — очевидно, Алекс не на шутку обиделся за друга и сейчас нависал над Элеонорой Уильямс. Его остановил Грег, удерживая за руку:

— Не надо, Алекс. Сейчас это глупо.

Алекс нахмурился и протянул Терри скетчбук и пачку карандашей, забирая пустой бокал:

— Держи, Терри. Ты просила…

Она поблагодарила кивком и тут же спросила:

— Что я должна нарисовать? — Карандаш в её руках уже был готов действовать.

Элеонора вмешалась и холодно напомнила:

— Им ты ничего не должна. — Её пальцы властно легли поверх правой руки Терри, мешая рисовать.

Алекс неожиданно для Терри подтвердил:

— Отдыхай, ничего рисовать не надо. Все, что можно было исправить, мы исправили. А то, что нельзя исправить, твоему карандашу неподвластно.

Терри уточнила:

— А украденные картины? — Их судьбу она не знала.

Грег успел первым, опережая и Ба, и Алекса:

— Они уничтожены пожаром. Так что больше не нужно думать, как опередить смерть.

Алекс осторожно высвободил свою руку из захвата Грега и посмотрел на миссис Уильямс:

— Надеюсь, больше заготовок для смерти нет?

Та ровно сказала:

— Нет. И больше никогда не будет — слово Уильямс.

Терри влезла в разговор:

— Ба… Так вообще вы с отцом могли вывешивать в галерее эти картины?!

Элеонора развернулась к ней и грустно сказала:

— Это условие завещания твоего прадеда — картины должны быть в галерее в свободной продаже. Иначе все деньги и собственность отходят государству. Мы не могли иначе, как бы нам этого не хотелось.

Терри все же решилась на очередной вопрос — она хотела знать все о своей семье, она устала от тайн:

— Прадед…?

Элеонора подтвердила то, о чем Терри догадалась:

— Он был убийцей, Тереза. Тайным убийцей на службе Неблагого двора. Надеюсь, последним в роду.

Алекс прошипел:

— А уж мы-то как надеемся на это. — Грег снова положил свою руку ему на плечо.

Элеонора предпочла промолчать. Терри медленно начала:

— Так… Это же Эвансы все устроили, да? Шантаж отца… Как он, кстати?

— Спит в соседней комнате, — отозвалась Элеонора. — Я вызвала к нему докторов, они говорят, что с ним все будет в порядке. Просто он чуть дольше, чем ты, находился под наркотиками.

Грег вмешался:

— Миссис Уильямс, надеюсь, вам не придет в голову лишить Терри и Питера дееспособности под предлогом употребления наркотиков? Или спрятать их в реабилитационную клинику?

— Кем вы меня считаете? — нахмурилась Элеонора. — Я люблю свою семью.

— Ты отказалась от Хелли, — тихо напомнила Терри.

Элеонора грустно кивнула, соглашаясь с упреком:

— И, заметь, пока Эванс считал, что Хелли отрезанный ломоть, что нас не интересует её судьба, все было в порядке. Стоило твоему отцу нарушить обещание и поехать посмотреть на внука, все и завертелось. Я предупреждала Питера — нельзя проявлять интерес к Хелли. Хелли всего лишь инструмент для шантажа. Но Питер меня не послушал. Как же, внук! Его не интересовали девочки, а вот внук, продолжатель славной династии… И он поплатился, Тереза. Нас всех тут же стали шантажировать жизнью Алистера, требуя продать полотна-заготовки. Когда Эванс убедился, что без руки Уильямсов они не действуют, в ход снова пошел шантаж… — она замолчала, и Терри продолжила за неё:

— Отец нарисовал Пегги Райли по указке Эванса.

— Та картина не убила бы, — пояснила Элеонора. — Я видела результат — портрет Райли не походил на её фотографию. Что-то неуловимое делало её неузнаваемой. Так что полиции не удастся доказать нашу причастность к убийству Пегги Райли.

Терри горько добавила:

— Я думаю, мать или Хелли рукой Алистера дорисовали портрет.

Алекс вмешался:

— Хелли Эванс уже призналась — портрет исправила она. Кстати, Эвансы были не в курсе, что Питер Уильямс выбрал для Мортимера Райли и нас с Грегом нелетальную смерть. Тут ты, Терри, была права. А еще они не ожидали, что Питер попытается сбежать. Пришлось задействовать тебя и срывать блокировку. Твоя мать, Кристин Уильямс, помогала в твоей инициации — её не устраивала блокировка твоего дара… Именно по её распоряжению охрана бездействовала.