— Молодец. Тебе придется привыкнуть к этой дряни, мне тоже в свое время пришлось ее немало выпить. А еще после нее надо тренироваться, пока кровавый пот не проступит. Иначе смерть. Так что начинай с двух сотен приседаний.

Помощник рядом старательно запоминал слова Наиля, так как он обязан был понимать происходящее, особенно побочные эффекты от зелий, которые, судя по всему, скоро начнут пить все ученики. Их придется загонять почти до смертельного истощения.

Так начались суровые будни новичка. Его ежедневно истязали жесточайшими тренировками до грани жизни и смерти. Пятый терпеливо все сносил, но иногда его наполненные болью и отчаянием крики разносились над тренировочным лагерем на протяжении нескольких часов. Другие дети, наблюдая за происходящим, были в форменном ужасе. Их никто не трогал, но становилось понятно, что, если они не пойдут на такие же мучения, то окажутся среди обычных учеников. Никто не был готов к подобному ужасающему давлению.

Наиль не оставлял пятый номер ни днем, ни ночью. Он доводил его до изнеможения, лечил при помощи алхимии, потом снова выжимал все соки. В те короткие часы, которые ученику было позволено потратить на еду и сон, Наиль записывал под диктовку своего одушевленного меча алхимические формулы для разнообразных зелий и пищевых добавок. Позже помощник с большим уважением принимал эти формулы и относил Пауку. А уж Паук велел рабам-алхимикам изготавливать нужные зелья. Также постепенно перед главой гильдии вырисовывалась система тренировок, способная кого угодно превратить в мастера смерти. Для обычных учеников можно было использовать ослабленную версию. И постепенно все это начинало внедряться в образовательную систему организации, позволяя воспитывать еще лучших профессионалов.

Особенно Пауку понравилось легкое ментальное воздействие совокупности некоторых препаратов, которое при правильном обучении буквально закладывало в подсознание учеников верность организации и неукоснительное следование кодексу. Паук подозревал, что даже сам Наиль не до конца понимает эффекты зелий, которые предоставил Черным Кинжалам. С этими знаниями организация сможет укрепить свой фундамент и ускорит свое развитие в разы!

Вот и сейчас, читая доклады восторженных полученными формулами алхимиков, глава гильдии убийц в очередной раз благословлял мудрость своего беглого брата. Микон смог рассмотреть этот драгоценный камень и направить его в нужную сторону. Прямо в сети Паука! И теперь, после того как парень добровольно принес клятву верности Черным Кинжалам, ему уже никуда не деться! Теперь он служит интересам гильдии и помогает в ее развитии. Это было по-настоящему ценным приобретением. Конечно же, Паук не допустит, чтобы Наиль пожалел о своем выборе.

Входная дверь громко хлопнула, отвлекая Паука от приятных размышлений. Подняв взгляд от очередного отчета алхимиков, пожилой убийца увидел перед собой сухую старушку с множеством морщин, одетую в черную мантию с длинными синими лентами, вплетенными в распущенные седые волосы.

— Где это отродье?

— Берта-Ураган. Когда ты вернулась? — потер переносицу Паук.

— Не твоего ума дело! — огрызнулась старушка. — Где этот мальчишка, которого ты мне расхваливал?!

— Ты так и не сказала, какую цену запросишь, — устало откинулся на спинке своего кресла глава гильдии.

Это было в ее стиле. Ворваться в карманное пространство так, что даже владелец этого пространства ничего не заметил. И теперь ведет себя так, словно это Паук к ней явился, а не она к Пауку.

— Цену?! Кретин! Разве ты не знаешь, что я не учу за деньги? Никого, сношай тебя демоны!

— Что? Но я думал… Ты же сказала….

— Я сказала, что взгляну! Я не обещала тебе учить за золото всяческую бездарь!

— Этот парень не бездарь, Берта.

— Это только твои слова. Потому я и сказала, чтобы ты позвал сюда мальчишку!

Берта была невероятно эксцентричной. Ее прозвали Берта-Ураган, потому что эта женщина однажды вызвала настоящую бурю на город, в котором ее недостаточно уважительно приняли. Это была очень древняя ведьма, некогда жившая в Темной Империи и обладавшая неизмеримым опытом, в том числе и боевым! Ее никто не мог заставить что-либо сделать, никто не мог прогнать ее, если она не хотела уходить. В конце концов, со старухой стали мириться, как со стихийным бедствием, которому просто невозможно противостоять. Пауку повезло однажды оказать Берте услугу, после чего их отношения можно было считать чем-то между дружбой и конфронтацией.

Магесса бы даже не обратила внимания на просьбы Паука, если бы уже много лет безуспешно не искала себе преемника. Ее жизненный путь подходил к концу, а гордость мага не позволяла покинуть этот мир, не передав никому своего наследия. Много столетий назад Темный Император полностью изжил весь ее род. Осталась она одна, вынужденная бежать от наказателей, скрываться и, в конце концов, осесть на материке, где темные просто не могли появиться. Не могла и она из-за связи с демоническим миром. Но Берта все равно ступила на эту землю. И неприветливый материк стал истощать ее жизненный потенциал еще быстрее, приближая ее естественную смерть. Но Берта все равно осталась и с остервенением искала себе преемника.

Нет, нельзя сказать, что она не находила подходящих талантов. Находила! И очень много! Но ни один ученик не выдержал ее тяжелого и несколько безумного характера. Даже сироты бежали от нее, укрываясь в храмах и крупных городах. Парень, выдержавший тяжелые тренировки и в юном возрасте ставший мастером смерти, ее очень заинтриговал. Если его талант окажется хоть немного подходящим… Уж этот никуда не денется!

— Так что же тогда тебе нужно от меня, если не деньги? — продолжал допытываться Паук, понятия не имея о ее настоящих мотивах.