Скорее всего, именно эта резкая остановка и спасла его. У входа в зонг-бар, как обычно, толпилось человек двадцать – и отнюдь не все вели себя адекватно, движения некоторых были, мягко говоря, странными. Марк просто не успел бы инстинктивно среагировать на короткий замах… Ой, да ладно. Он и на пустом футбольном поле не успел бы среагировать, он же не мастер Хуан и даже не Олег Иванович Китин. Увы.

Все эти ненужные мысли мелькнули в его голове, когда Марк увидел, как недлинное лезвие в руке нападающего отходит обратно, и тут же, спохватившись, ушел вбок и одновременно хлестнул врага курткой, будто отгонял осу полотенцем. Чертова бахромчатая куртка, которую ему полдня приходилось таскать в руках. Кантри-шик, блин.

Нападающий рефлекторно отпрянул, и Марк, хватаясь за соломинку этого преимущества, провел хай-кик в бороду. Ход кретина, да: хай-кик в вельветовых штанах, в исполнении человека, много лет плюющего на растяжку, да и в принципе в уличной драке – это… Жалко. Но Марк знал, что ему не стоит и пытаться перехватить руку с ножом: лишится пальцев, тем и кончится.

Случилось чудо. Удар Марка не только получился, но и попал в цель. От него просто не ожидали столь нелепого приема. Враг откачнулся назад. Наименее пришибленные из стоящих вокруг, заметив мелькнувшую в воздухе ногу, заулюлюкали.

Вторым чудом за пять минут стало то, что Марк сообразил в этот же момент обернуться.

Темная удобная одежда. Легкие берцы. Эти ребята уже не были похожи на клоунов в тайтсах из прошлого эпизода: тогда Марк не мог отделаться от ощущения какой-то кукольности, что ли, мультяшности происходящего. Сейчас все началось по-настоящему. Марк почувствовал это очень остро: он дернулся в сторону, и другое лезвие, распоров рубашку, обожгло грудь.

Крутанув предплечьем, Марк намотал на него куртку и очень вовремя выставил перед собой, успев отразить второй удар. Хвала тебе, прекрасная толстая лосиная кожа. Он понимал, что должен следить и за тем типом, который остался у него за спиной, но враг спереди не давал ему такой возможности. Передний действовал быстро – слишком быстро для того, кто хочет напугать или даже покалечить.

От третьего удара Марка спасло лишь падение на одно колено. Нож распорол ему щеку и ухо. Наиболее взбодренные из окружающих неодобрительно загудели: Марк знал, что никто не вмешается – в бою один на один это не принято, любой поединок есть личное дело его участников. Исподлобья он бросил быстрый взгляд наверх и вдруг увидел Инту. Одетая, с покрасневшим носом, она стояла в дверях бара, еще придерживая дверь ладонью. Округлив глаза, девушка перехватила его взгляд, и Марк хотел просигнализировать ей, чтоб бежала, но получил удар ногой в висок.

«Да какого же опять хера…» – печально подумал Марк, опрокидываясь назад.

Но до него уже начала доходить неприятная истина: на этот раз от него ничего не хотят. Не те приемы, не тот подход. Ему не пытаются преподать урок – его убирают.

Неожиданно включилось то самое чувство опасности и подсказало: слева в затылок летит нога. Марк извернулся мокрицей, попробовал перекатиться на четвереньки – надо подняться, он не борец, в партере ему настанет…

Тусовщики вокруг разразились воплями недоверчивого изумления, а чуть погодя – неуверенными аплодисментами. Марк неуверенно помотал головой, будто заложенной ватой после последнего удара. Он сделал что-то настолько блестящее?

Странно, что ему не мешают. Кое-как, помогая себе руками, Марк поднялся с колен и, наконец, шатаясь, встал на ноги.

Он увидел Инту. У ее ног валялась сумочка. А вместо нее Инта держала в руке… Да чтоб его! Серьезно?!..

Тот тип, который его порезал, лежал тут же, в паре шагов. Марк с удовольствием отметил, что из уха у него вытекает тонкая струйка крови.

«А куда подевался первый, которого ты достал хаем?» – спросило то самое чувство опасности и само же ответило: Марк резко повернулся на месте (содержимое головы заколыхалось), левой перехватил летящую на него руку, продолжая ее же движение, протянул назад и одновременно ударил основанием ладони правой в подбородок снизу. Единственный – реально единственный – прием мастера Хуана, который получался у него более-менее прилично. Короночка, можно сказать.

Левая рука с ножом взлетела в воздух, но движение получилось нечетким: человек уже заваливался на спину, потеряв равновесие. На кулак обрушилось черное продолговатое древко, и нож со звяканьем выпал, а Инта еще добавила каблуком по коленной чашечке сбоку, и ноги у нападавшего окончательно подкосились. Марк без сожаления отметил, что не видит иных возможностей, и пару раз от души двинул лежащему ботинком по голове, чтобы окончательно его угомонить. Тяжело дыша, распрямился и огляделся.

К ним начали подтягиваться люди – гомонящие, возбужденные, веселые. Кто-то норовил похлопать по плечу, кто-то сочувственно тыкал пальцем в длинную косую рану, протянувшуюся от груди к боку, кто-то совал в руку стакан со спиртным. На последнее предложение Марк с радостью согласился. Он настойчиво искал взгляд Инты и, перехватив его, слабо улыбнулся.

Девчонка крутанула нунчаку, одним красивым движением сложив рукояти вместе и прижав к боку.

– Отстойно ты дерешься, господин Марк, – заметила она.

Марк кивнул.

– Это точно. С другой стороны – а и зачем мне, когда ты рядом?

Он почти хотел еще разок увидеть, как она заливается краской, но Инта лишь покачала головой, поднимая с земли сумочку.

– Они тебя убить хотели. Это уже не шуточки.

Тонкие ноги девчонки под футболкой-наволочкой были облачены в блестящие серебристые скинни. Марк чуть не вздохнул, но тут же вспомнил: