Мимо них пролетело ещё одно облако.

— Не дышите! — крикнул Бео, но опоздал.

Перед глазами у Каина всё поплыло, антураж Дома скрыла пелена.

События прошлого вновь оживали. Он видел голодный бунт в Пестержебете: переносные заграждения, слепящие прожекторы, полицейские с собаками, части Национальной обороны. И огромные толпы, которые собирались на улицах. Когда стало понятно, что протестующие не планируют расходиться, полиция получила приказ открыть огонь.

Пролежав под горой трупов несколько часов, Каин пересилил страх и вылез. Единственное, что он мог сделать — это найти родителей и закрыть им глаза.

Он уцелел, но кошмары остались.

В то время он жил надеждой, что когда-нибудь станет легче. Можно будет не думать дважды, прежде чем пожать кому-нибудь руку или войти в помещение. А пока малейшее прикосновение пробуждало воспоминание о той ночи. В такие моменты он снова был там, окружённый смертью. Тяжелейшая травма надолго превратила его в изгоя.

— …шишь меня?

Каин отшатнулся в сторону от руки, трясущей его за плечо, и вжался спиной в стену. Перед глазами возникло лицо Кальфу.

— Не дёргайся, это я.

Он поднял автомат и встал. Ноги слегка подкашивались, но слабость быстро отступала.

— Я уж думал, что мы тебя теряем, — сказал Виктор, на мгновение обернувшись.

Вдали мелькнул лысый человек с обезображенным шрамами лицом.

— Сегодня нам везёт — это Вдоводел, — сказал Бео.

— Готовится к нападению?

— Учитывая, что с нами Кальфу…

Вдоводел приближался, держа в руке длинный разделочный нож. Под просторным плащом что-то постоянно шевелилось.

— Хрен ему, — пробурчала Кальфу.

Длинная очередь повалила маньяка на пол.

— Похоже, ты только что убила настоящую легенду, — сказал Каин.

— Размечтались…

Вдоводел рывком сел. Следующая пуля попала ему в лоб. Громко ударившись затылком о кафель, маньяк затих. Вокруг головы начала растекаться лужа крови.

— Похоже, всё, — сказала Кальфу, опустив дымящийся ствол. — Ему идёт нимб грешника.

— Надо сваливать, это его максимум на пару минут остановит.

Сверху послышалось какое-то шуршание. Каин успел оттолкнуть Кальфу в сторону, когда с потолка свалился труп, повешенный на верёвке; костлявые руки сгребли воздух в том месте, где она стояла секунду назад.

Выпущенная Бео пуля перебила верёвку, и Каин тут же раздробил шею упавшего мертвеца ботинком. Он прицелился вверх, но свет фонаря не смог развеять тьму под высоким потолком.

— Не парься, их там ещё много, — ободрил его Бео. — На всех хватит.

Раздался скрежет металла, и со всех сторон полезли твари с торчащими из рук лезвиями. Вспышки выстрелов и лучи фонарей выхватывали из тьмы одинаково уродливые маски. Пули рикошетили от стен и клинков, отбрасывали тварей вглубь коридора и время от времени убивали.

Воспользовавшись суматохой, Вдоводел подобрался поближе и распахнул плащ. Торс и полы с внутренней стороны заросли морщинистой коричневой кожей, сквозь которую просматривалось переплетение лиц с горящими безумными глазами. Они постоянно перемещались, менялись местами и как будто пытались вырваться наружу.

Виктор оказался около двери и толкнул её.

— Кидайте гранаты и уходим.

— Каин! — позвал Бео. — Дай мне зажигательную.

— Держи.

Пикси выдернул кольцо и метнул гранату в голову маньяка. Вдоводел машинально поймал её и поднёс к глазам.

— Это тебе для коллекции, — сказал Бео и прыгнул в дверной проём.

От взрывов затряслись стены. Каин выглянул наружу — все стены пол и потолок были усеяны шевелящимися обрывками кожи. Мимо него проползла оторванная рука.

— Неплохо получилось, — сказал Бео, оценивая устроенное им побоище. — Теперь про этого мудака можно забыть на некоторое время.

— Это от обычной гранаты такой эффект получился?

— Я немного усилила взрыв, — сказала Кальфу.

Виктор подцепил ножом останки лица маньяка и внимательно осмотрел. Обугленные нагромождения шрамов продолжали свирепо кривиться.

— Повыше подними.

Кальфу щёлкнула зажигалкой и поднесла огонёк к лицу, которое тут же вспыхнуло, как будто было пропитано бензином.

— Так мне больше нравится.

— Его вообще можно уничтожить? — спросил Виктор.

— Мы пробовали пару раз, но не получилось, — ответил пикси, раздробив каблуком спазматически дёргающиеся пальцы, которые хватали его за штанину. — Даже из гранатомёта разнесли — всё равно вернулся через некоторое время. Поэтому решили, что проще баб с собой не брать, тогда он не доматывается.