– Знаете, вы мне тоже понравились. Единичка минус без должной подготовки быстро перегорит. Поэтому давайте ваш номер телефона, я отдам секретарю. Посмотрим, что можно будет сделать.

Достаю отпечатанную визитку, с поклоном вручаю. Там только имя-фамилия и телефон. Никаких красивостей. Кому надо - запомнят. Кому не нужно - и так выбросят.

Хмыкнув, господин Сакамото вкладывает картонный прямоугольник в конверт и насмешливо салютует, приложив два пальца к краю канотье. Кланяюсь, выгребаю на выход.

– Очень забавный молодой человек. Очень... У меня бы наглости не хватило завалиться в салон главного дизайнера страны и вытребовать себе школьный костюм. Интересно, что он сможет продемонстрировать с даром. Такие бодрые ребята или сгорают за первые полгода, или становятся чудовищами с личным рейтингом больше сотни...

Помахивая письмом профессор отправляется к лифту. Скочившие студенты синхронно с ним здороваются, согнув спины. Они издалека уже успели разглядеть выскочку в дорогом костюме и теперь будут обсуждать, что это за мажор побеспокоил их бога от медицины.

***

Троица ждет меня под козырьком крыльца.

– А чего вы здесь, а не с ребятами?

– Там солнце, здесь тень. Потеть неохота, - ухмыляется Сузуму, масляно разглядывая пробегающих мимо медсестер.

– Солнце, жара? Эндо-сан, на улице второе марта. По ночам заморозки бывают. До летней жары еще жить и жить... Ладно, пойдемте.

– Ты как, договорился об учебе?

– Учеба - это в университете. Здесь меня будут иголками тыкать и препарировать, как лягушку. Не путай зубрежку и развлечения.

– И кто будет развлекаться?
– любопытствует официальный клоун банды.

– Без понятия. Какого-нибудь злобного студента приставят, скорее всего. Главное - галку я поставил, в документы меня запишут и чиновники перестанут грызть мозги на эту тему. Ты просто не представляешь, Сузуму-сан, сколько бумажек приходится заполнять после того, как из тебя вывалился магический фокус. Мало того, мне официально плешь проели на тему того, что нельзя нарушать закон и путаться с малолетними преступниками.

– А как же мы?
– хмыкает Горо.

– Посмотрите на себя - где вы и где шпана из хангурэ.

– Ты их очень не любишь, - кивает каким-то своим мыслям главарь босодзоку.

– Не люблю. Они у меня в средней школе мелочь трясли. С вами куда как проще - бетонный блок на ноги и в залив. Бульк - и все, тишина и нирвана...

Подходим к остальным. Народ радостно кричит, машет руками, Чихару лезет обниматься к смутившейся Тошико. Макото отбрасывает брезентовую накидку на люльке “Урала” и парни добывают оттуда коробку с тортом и пакеты со сластями:

– Поздравляем со свободой! С выздоровлением!

Минут через пять восторги чуть угомонились и я спрашиваю у Горо-сан:

– Куда поедем? Чтобы на природе спокойно посидеть.

– В Конандай. Там детская площадка рядом со станцией, есть лавочки и пара столиков.

– Вы что, прямо на площадке байки ставите?

– Ну, мы не совсем дурные, обижаешь. Дорожка есть, на ней паркуемся. Не волнуйся, мы не такие буйные, как ты изображаешь. Хотя про бетонный блок - интересная идея.

Заворчав моторами, кавалькада выгребает на выезд с парковки. Тошико сидит в люльке, придерживая пакеты, я позади Макото. Все же “Урал” - вещь. Не спорт-байк, конечно. Но внушает. А самое главное - на собственных колесах очень удобно. Проблема лишь в том, что мне до получения прав еще два года пыхтеть. И постоянно брать машину в прокате потом - тоже как-то не прельщает. Нет, это очень просто и сеть таких сервисов по всему Токио прекрасно развита. Но вот пленила меня “бэха” Кэйташи Симидзу. Хочу что-то похожее. Без денег, без документов, с кучей головной боли за владение собственным авто в мегаполисе. Но - хочу...

Место, где мы решили отпраздновать, походило на другие подобные площадки по городу. Разве что размеры большие.

Мотоциклы чинно выстроили на асфальтовой дорожке, сами заняли металлический стол и две скамейки рядом с ним. В тесноте, но не в обиде. Я не забыл поприветствовать женщин с малышней, кто играл. Остальные босодзоку на меня посмотрели с удивлением - чего это с парнем случилось, но Сузуму пояснил:

– Тэкеши-сам хочет превратить нас в самураев. Говорит, что харакири - это круто.

– Можешь быть ронином, - хмыкаю в ответ, потирая руки.
– Кто на раздаче? Чем сегодня угощают?

– Ты же выбирал, - удивляется Чихару.

– Не ломай интригу. Кроме того, я в сладком ничего не понимаю. Вот суши, это мое. В этом я мастер.

Мне передают пирожное, Горо тем временем роется в карманах, поглядывая на торт. Достаю маленький перочинный нож, протягиваю ему.

– Тэкеши-сан, это что? Ты хранишь его в память о детском садике?

– Не поверишь, у меня дома валяется железка размером почти с кусунгобу. Не представляю, как его таскать, он же неудобный.