— Андрей! Очнись! — звонкий, взволнованный голос Вероники проникал в уши, больно царапал невидимыми коготками страха. — Да открой же глаза! Ну, пожалуйста!

Хлесть! Хлесть! По щекам чувствительно прилетело. Надо открывать, а то еще пощечин надают, которых я не заслужил. Лучше бы поцеловала! В глазах красная муть, постепенно исчезающая и раскрашивающая мир в яркие краски начинающегося дня.

Вижу Веронику, склонившуюся надо мной, телохранителей, один из которых разговаривает по телефону, а второй — с полицейским. А ведь я до сих пор не удосужился узнать имена охранников.

— Очнулся, герой? — мужской голос откуда-то сбоку. Еще один блюститель порядка в темно-синей униформе замаячил перед глазами. — Встать сможешь? Или Целителя вызвать?

— Не надо, — хрипло каркаю я, опираясь ладонями о землю. Медленно поднялся, поддерживаемый под руку Вероникой. Так приятно… — Жив-здоров. А что со злодеями?

— Убежали злодеи, — хмыкнул полицейский, невысокий полноватый крепыш. — Испугались тебя. Неплохо ты так машинами кидаешься, парень.

— Он княжич Мамонов, — как бы невзначай заметила Вероника, придерживая меня за локоть.

— Извините, княжич, — спокойно и без тени смущения откликнулся полицейский. — Может, вас подвезти до дома? Все необходимые показания можете дать позже. Вероника Владимировна уже рассказала, что здесь произошло, пока этого достаточно.

Я окинул взглядом поле боя. Покореженный седан лежал перевернутым вверх колесами, смятый невидимой гигантской дланью. Около него, сверкая сигнальными маячками, стояли две полицейские машины, суетились какие-то люди, опутывая черно-желтой лентой место недавней стычки. Потом посмотрел на Веронику.

— Без представителя Рода тебя не имеют права допрашивать, — уверенно произнесла девушка. — Борис уже позвонил отцу, он скоро будет здесь. Если хочешь, мы возьмем на себя право защиты.

— Спасибо, Ника, не нужно. У меня есть свой представитель. Сейчас немного приду в себя, созвонюсь с ним, — я еще раз поморгал глазами, больше всего опасаясь, что красная пелена вернется. Нет, все в порядке. Надо проанализировать, что это было как можно скорее. Вероятно, не рассчитал свои силы. Я же хотел лишь отбросить злодеев ментальным ударом, а получилось нечто иное: задержал пули и искорежил машину.

— Тогда прошу представителя вашего Рода прийти завтра в семнадцатый околоток Хорошевского района. А преступников мы обязательно поймаем. Далеко не уйдут. Район уже перекрыт. Всего хорошего, — полицейский козырнул и отошел, наконец, от нас.

— Ты как? — Вероника внимательно посмотрела в мои глаза.

— Нормально. Только больше не бей так по лицу. Чуть голову не оторвала. Ручка твоя весьма тяжелая.

Елецкая облегченно фыркнула, и не выдержав, рассмеялась:

— Если шутишь — значит, жить будешь. И спасибо, что защитил меня, — чуть тише добавила она. — Ты, Мамонов, конечно, безумец. Я бы ни за что не встала под пули без доспеха. Так что моя просьба в силе. Хочу, чтобы ты научил меня своей технике.

— Сие не от меня зависит, а от наставника, — смотрю на часы, делая вид, что мне пора домой.

— А ты поговори с ним, — Вероника была серьезна. — Я буду очень благодарна.

Подошел охранник, которого звали Борисом, и сказал, что Владимир Данилович уже на пути сюда, требует, чтобы княжна дождалась его на месте. Мы попрощались — и я помчался домой, постепенно приходя в себя. Удивительно, что голова не кружилась, не тошнило или еще какая холера могла приключиться после такого выброса энергии. Я до сих пор ощущал силу, которая наполняла меня выжигающим огнем, но теперь она мягким и ласковым зверем растеклась по всему организму, готовая в любой момент подняться штормовой волной и смести все на своем пути. Я представлял себя заряженной силой тяжелой машиной, прущей по середине дороги и не боящейся никаких преград.

Теперь стало понятно, что пытался вбить в мою голову Куан. Сегодня я убедился, насколько неуправляемой и жуткой может быть сила, не питаемая искрой магии.

Возле подъезда я столкнулся с Афанасьевым. В расстегнутом плаще, под которым был надет костюм-тройка, он кого-то ждал, поглядывая на часы.

— Андрей! — сосед с удивлением поглядел на меня, взъерошенного и взбудораженного как после ночной вечеринки. Возможно, он так и подумал. — С тобой все в порядке?

— Здрасьте, Борис Кузьмич! — бодро откликнулся я, пытаясь проскочить мимо купца, занявшего всю лестницу перед входом. — Как ваши дела?

— Неплохо, — рассеянно ответил Афанасьев. — За тобой черти гнались, что ли?

— Скорее, я за ними гнался, — мне удалось протиснуться к двери.

— Ты почему в гости не заходишь? Ксюша переживает, что из-за тех идиотов в парке ты на нее обиделся.

— Не, Борис Кузьмич! Да все в норме, просто учеба много времени забирает, общественные нагрузки в придачу, — вдохновленно парирую я, впрочем, нисколько не завираясь. Так все и есть.

— Ну, смотри, — потрепал меня по голове Афанасьев. — Ты заходи, не стесняйся. Все-таки соседи. Поговорим, чайку «купеческого» попьем.