Сразу после этой атаки Лариса Яковлевна начала метать ножи, создавая вторые, я, вылетев из-за ствола пихты, дважды ударил ножом ближайшего корха и, рыкнув «Бей!!!», прыгнул к следующему. Этого просто прикончил. Сам. Обезглавливанием. Ибо защиты на нем уже не было. Третьего, успевшего лишиться головы, оббежал. В процессе «посмотрев» чувством леса на первого и убедившись в том, что он, по сути, уже мертв. А после того, как на пару с Язвой порвал последнего, обратился к Долгорукой:

— Рин, своего добивать будешь?

— Заклинанием? — со злым предвкушением в голосе спросила она.

— Могу одолжить подходящий тесак! — усмехнулся я, вернул костяной нож в пространственный карман ладони и выхватив из ножен обычный.

— Одалживай! — без каких-либо колебаний заявила девушка, попросила разрешения покинуть позицию, дождалась моего кивка, примчалась к нам, вцепилась в рукоять не под свою руку и… попросила показать, как правильно убивать корхов. Хотя к «аромату» их крови еще не привыкла и чувствовала себя неважно.

Я, конечно же, пошел ей навстречу — подвел к «ее» трофейщику, тщетно пытающемуся зажать рану верхними конечностями и обреченно щелкающему наплечными костяными щитками, присел рядом с ним на корточки и прочел лекцию об анатомии этого конкретного вида особей корхов.

Конечно же, Великая Княжна запомнила далеко не все. Но первый удар в нервный узел над «клоакой» нанесла по правильной траектории и… с силой провернула. А когда недобиток задергался в предсмертной агонии, хищно раздула ноздри, величественно встала, заявила, что почти удовлетворена, и полностью перебила ему шею еще одним обезглавливанием!

— Красотка, че! — довольно хохотнула Язва, обрадовавшись достойному завершению боевого крещения нашей подопечной.

— Не красотка, а Бестия! — поправил ее я и веско добавил: — С этого момента и далее…

…К обретению прозвища Долгорукая отнеслась в разы равнодушнее большинства моих прежних «крестников»: да, явно отметила, что оно куда благозвучнее трех прежних, да, поблагодарила, но даже не подумала строить из себя величайшего рейдера всех времен и народов — спокойно вытащила из кольца бутылку с водой, крайне добросовестно отмыла тесак от «крови» и протянула мне.

Забирая клинок, я «случайно» коснулся руки подопечной, убедился в том, что это ни разу не игра, и достал из пространственного кармана ножи, которые таскал лет до четырнадцати:

— Держи, это тебе. Они не очень красивы, зато сделаны с душой и никогда не подведут.

— Твои старые? — невесть как догадавшись, ЧТО я дарю, ошарашенно выдохнула девушка, а когда увидела подтверждающий кивок, растрогалась чуть ли не до слез. Пришлось возвращать в норму:

— Помогу закрепить на следующем привале. А сейчас надо быстренько выпотрошить трупы и свалить.

В три пары рук с мародеркой справились очень быстро, а потом немного помучились с размещением блях, ибо вкладывать друг в друга артефакты с пространственными карманами, увы, было невозможно, а этого добра мы набрали как-то уж слишком много и не хотели, чтобы оно звенели при любом шевелении. Увы, как ни пытались выдерживать интервалы между соседними, через четверть часа после начала движения начала «позвякивать» Язва, и нам пришлось ненадолго остановиться. Мутировавшая лисица, обнаружившаяся неподалеку, была не опасна, поэтому я до кучи помог подопечной правильно разместить перевязь и подогнать ремни. Закончив, показал, как правильно выхватывать клинки и сразу бить, после чего остудил пыл загоревшейся было девчонки не самым приятным советом:

— Если хочешь научиться ими пользоваться действительно хорошо, то забудь о том, что они у тебя есть, до тех пор, пока не найдешь по-настоящему толкового наставника по самому «грязному» варианту реального ножевого боя из всех возможных.

— Ставить правильную технику на уже имеющуюся неправильную — это то же самое, что рисовать поверх уже нарисованной картины… — персонально для «художницы» уточнила Шахова. — Кстати, наставника я тебе, считай, уже нашла. Осталось только добраться до Великого Новгорода.

— Доберемся… — пообещал я. — Если перестанем хлопать ушами и пойдем дальше.

— Мы готовы! — хором заявили дамы и не обманули — держали темп до половины восьмого утра. А на последнем привале перед выходом к полосе отчуждения перед Стеной вдруг заговорили о странностях в отношении корхов к человечеству и человечества к ним.

Начала Долгорукая. После того, как ополоснулась в небольшой речушке, оделась и улеглась на коврик напротив меня:

— Слушай, Баламут, я всю дорогу анализировала происходящее и пришла к очень неприятному выводу. В данный момент мы можем утверждать, что нынешний уровень и плотность магофона Той Стороны поддерживаются как минимум одним кольцом из обелисков с условным названием «хрень». Как ни крути, а каждый обелиск — это некая маго-технология, не появляющаяся из ничего. Говоря иными словами, с момента появление сырой идеи и до момента запуска в серию изделий на новых принципах требуется время.