— Ты идиот?!

— Пятнадцать лет я выслуживаюсь перед этими мерзкими тварями из столицы, — фыркнул Мещерский. — Покупаю для них рудники, изготавливаю золото, серебро, набиваю их казну, поставляю оружие, припасы и провизию. Виктомск никогда не запаздывал с платежами, всё делал вовремя и давал, давал, давал! И что я получил взамен?!

— Клёцку?

— Ни-че-го! — крик Мещерского разлетелся по амбару. — Этот мелкий и беспомощный нахальный червяк даже не позвал меня на церемонию восхождения на престол. Разве я прошу у него земли, армию, золото, титул?! А?! Разве я так много прошу?! Мог бы просто пригласить меня. Познакомить с королевской семьёй и её подданными. Разве я этого не заслужил?! Они считают себя выше и умнее остальных. Ну что ж, посмотрим.

— О боже! — я схватился за голову. — Ты настроен взрастить армию многоголовых разрушителей для того, чтобы отомстить новому королю за то, что он не пригласил тебя на банкет?!

— Разве я так сказал? — голос Мещерского сделался сходным и злым.

— Ну, если не обращать внимания на пафос…

— Ты облажался, Глинский, — перебил он меня. — Вчера ты пообещал быть паинькой, но обещание не сдержал.

Из Мещерского ветром выдуло эмоции, он стал каменным и спокойным и говорил так, будто выносил приговор, записанный на бумаге.

— Ты ослушался, а значит, понесёшь наказание.

— Ага. За этим я и пришёл. Девчонку только отпустите.

— Я отпускаю её.

Слова Мещерского послужили сигналом. Харв двинул рукой и невесомое тело Раисы подлетело к монстру. Она скорчилась и открыла глаза. Несколько секунд не понимала, что происходит, а после узнала меня и чуть улыбнулась. В следующий миг харв снёс её голову ударом руки.

Мир вокруг стал мутным и беззвучным. Существовало только бешеное биение сердца и тошнотворное зрелище. Харв поднял голову Раисы за волосы и приложил к плечу. Прошло немного времени, и голова ожила.

Я сделал шаг назад и вскинул ружьё. Но оружие тут же вырвалось из руки и вылетело за дверь амбара.

Хавр вскинул руки. Десяток безголовых тушек, будто мертвецы из могил, поднялись из стогов сваленного по кругу сена. Тело Раисы изменилось и спустя минуту поднялось вслед за остальными.

— Сделай так, чтобы я тебя больше не видел и не слышал, — сказал Мещерский. — Если людям потребуется знать, что Глинский ещё не подох и что он управляет землями, то мы покажем им твою харю. В остальное время сиди в норе и не высовывайся. В противном случае погибнут другие — твой тупорылый охранник, пацан и прочие, с кем ты успел сблизиться.

На заднем дворе за башней рядом с недостроенным особняком виднелись могилы. Святой отец отдавал погибшим последние почести, кропил святой водой. Наёмники бросали тела своих друзей и компаньонов в ямы, брались за лопаты.

Недостроенное поместье позади могил напоминало склеп. Громоздкий каменный корпус, провалы вместо окон, гуляющий внутри ветер.

Покончив с работой, святой отец и могильщики ушли. Вокруг меня собрались оставшиеся наёмники:

— Что будем делать, господин?

— Я вас распускаю.

— Как?

Наёмники сделали вид, что удивились. Хотя чему удивляться? Слухи, что Глинский воровал у своих же рыбаков, расползлись по городу. Наёмники хоть и работали за деньги, но не хотели быть на стороне того, кого ненавидят. Новостью о роспуске я освобождал их.

— Поднимайтесь наверх, возьмите денег за хорошую работу.

— Удачи, господин Глинский! — наёмники по очереди пожали мне руку и ушли.

Некоторое время я смотрел на свежие холмы могил, потом пошёл в дом. Внутри без конца хозяйничала кухарка. Она сделала себя и уборщицей, и грузчиком. Что бы я ни говорил, она продолжала мыть, убирать и чистить. Так она справлялась со стрессом.

Затем я пошёл в комнату, где лежал Архип. Внутри пахло Баратынским. Уникальная смесь лекарств, перегара и грязных носков. Архип поправлялся медленно, но угроза жизни миновала. Увидев меня, он хмуро улыбнулся:

— Жаль, мы тогда у оружейника две бочки с порохом не купили, — сказал он. — Одну я бы на этих гадов скинул! Вот бы посмотреть, как их тяпки разносит по всей округе вместе с дерьмом и мозгами!

— Да ладно, тебе, — я похлопал его по плечу и сел рядом. — Они, конечно, не правы. Но и мы…

— Да, — Архип кивнул. — Что делать будем?

— Ты — поправляться.

— А вы? — Архип привстал. — Дайте мне пару дней, я буду на ногах. Баратынский, мерзкий докторишка, пичкает меня какой-то вонючей гнилью, но она помогает!

— Лежи-лежи!

— Мещерский не стал вас убивать, значит, не будет и позже. Вы нужны ему, как один из правителей города, — Архип почесал голову и понизил голос. — Я вот что думаю. Нужно сейчас мягкими и пушистыми прикинуться. Встать на ноги, команду сильную собрать, а потом ударить. Взять мушкеты, завалиться к нему в замок и выстрелить в харю! За Кривоносого, за Раису, за наших мужиков!