Я удивлённо изогнул брови.

— Вы знаете, что я пробыл там несколько недель?

— Догадываюсь, — хмыкнул он. — Правда, пока не знаю, где именно это «там». И каким образом ты «туда» попал.

— Меч Древних, — коротко пояснил я.

— Ясно, — директор почесал висок. — Но давай-ка всё по порядку. Итак, ты вышел из академии с одним из мощнейших артефактов и...

На следующий день, когда мне дали выспаться и отдохнуть, я уже целенаправленно направился к Годунову. Всё же хотелось знать, что нашёл отряд Плотова, да и ещё кое-какие вопросы обсудить.

— Матвей, — директор встретил меня, зарывшись в бумаги. — Буду рад, если ты наш разговор будет кратким.

— Я постараюсь, господин Годунов, — кивнул я, присев на стул напротив мужчины. — Но хотелось бы знать, что нашли Истинные в той канализации.

— Ах это, — он вздохнул и отложил листы на край стола. — Честно говоря, ничего особого.

— То есть как? — я был несколько обескуражен подобным заявлением. — Там же выращивали Лишних, я сам видел.

— Ты видел двух персона в колбах. Были ли там другие монстры?

— Лягушки!

— Да, это мелкие Лишние, наш отряд столкнулся с ними, но уничтожить их удалось быстро. Честно говоря, именно они и оказались самыми интересными, но не настолько, чтобы придавать этому особое значение, — Годунов поправил очки, съехавшие на кончик носа. — Лягушки, поражённые магическим оружием, бесследно исчезали. То есть никто из наших людей не смог подкрепиться их силами. Хотя, уверен, большинство бы побрезговало. Ты сам помнишь этих отвратительных гадов.

— Да, помню, — кивнул я и понял, что в этом плане согласен с остальными. — И всё же, там была лаборатория, в которой проводилось непонятно что!

— С этим я не спорю, Матвей. Но ключевое слово «была». Ведь это ты первым заметил тот факт, что она давно заброшена. А серокожий Лишний и твоя сестра, — на мгновение директор задумался, — вот здесь я, прости, ничего не могу сказать. И не потому что не хочу, а потому что не знаю, что это за место. Да, я согласен с тобой, оно довольно странное, и работы там продолжаются до сих. Я очень надеюсь, что до чего-нибудь нам всё же удастся докопаться. Однако пока что мы в тупике. Тот Лишний исчез и вновь не оставил следа. Но по твоему рассказу я понял, каким образом он это проворачивает. Никто, кроме мага Жизни не способен последовать за ним, даже с таким артефактом, как меч Древних.

— Так давайте я разыщу его! — с готовностью вызвался я.

— Не получится, — Годунов покачал головой. — Во-первых, след уже исчез. да, мы всё проверили Матвей. Не думай, что ты самый умный и опытный в этом деле. Мои студенты тоже не лыком шиты, и, хотя бы ту самую невидимую брешь, которую ты разрезал, они бы нашли. А во-вторых, даже если тебе удастся вновь проникнуть в мир мёртвых, то сможешь ли выбраться оттуда? В прошлый раз, можно сказать, тебе повезло. Но появится ли зов снова? Ты в этом уверен?

— Мне-то повезло, — тихо произнёс я. — А вот Виктор так и не выбрался оттуда.

— И мне искренне его жаль, — вздохнул Годунов, с грустью посмотрев на меня. — Я помню этого парня. Весёлый и находчивый. Один из тех самородков, которых не испортило высшее общество аристо.

— Вы связались с его родителями?

— Да, — кивнул он. — Мне удалось с ними встретиться, и я бы не назвал эту встречу приятной, — побарабанил пальцами по столешнице. — Понимаешь, ещё одной тяжёлой обязанностью директора являются оповещения о смерти. Кто-то мог бы перекинуть этот труд на другого человека, того же Плотова или других деканов, но я решил, что буду обсуждать потерю каждого своего бойца лично с его семьёй. Даже если он уже был выпущен из академии. Все Истинные для меня одинаковы, Матвей, и по каждому я готов скорбеть. Вот только, — ещё один вздох, — если постоянно пребывать в печали, то какой из меня директор? Как я обучу остальных, когда сам не в силах совладать с внутренним миром? Вот и приходится быть отчасти циничным и хладнокровным. Думаю, ты меня понимаешь.

— Да, господин Годунов, — кивнул я. — Понимаю. И всё же, мне хотелось бы встретиться с ними лично. Я обещал Виктору, что передам их его последние слова.

— Я бы и рад помочь, Матвей, — он снял очки и протёр покрасневшие глаза. — Но, увы, это не получится.

— Почему?

— Они покинули империю. Трагедия с сыном сильно их подкосила. А в таком возрасте нервничать не рекомендуется, — он цокнул языком и вновь натянул очи. — В общем, прости, но здесь не поспособствую.

— Я вас понял, — новость была неприятной, но вполне логичной. Мне сейчас лучше не соваться к родителям Виктора. — А что насчёт Ани?

— А что на её счёт? — хмыкнул директор. — Хочешь, чтобы мы её отпустили прямо сейчас? Конечно, это будет хорошим поводом, чтобы выманить того Лишнего, но лично мне бы не хотелось использовать ослабшую девушку, как приманку.

— Да, я согласен, и не это имел в виду, — начал оправдываться я. — Просто мне интересно, каким образом у неё открылись магические способности. Ведь раньше их не было.

— У меня есть два предположения, — ответил Годунов. — Первое — это просто совпадение. Такое иногда бывает, когда магия пробуждается в неожиданных местах и в простых людях. Хотя её мать слабый, но маг, так что вполне закономерно предполагать, что и дочь тоже чем-то да обладает. Ну, а второе — некто специально повлиял на девушку, либо раскрыв внутренний потенциал, либо внедрив что-то своё. И мне это не нравится. Поэтому Аня проведёт в академии некоторое время, пока мы окончательно не исследуем её способности. Конечно же, Светлана может приходить сюда вместе с тобой, но, прости, поселить взрослую женщину здесь я не могу.