— Чёртов ты фокусник, — усмехнулся я, но на этот раз отбирать у него ничего не стал.

— Ловкость рук, точнее, лап, и никакого мошенничества, — хмыкнул в ответ Брай и тут же залпом осушил её. — Ух, хорошо.

— Но плохо, — недовольно скривилась Айка. — Не пёс, а алкаш проклятый.

— Ну вот не начинай опять, — пробормотал он и перевёл взгляд на меня. — Так вот, Матвейка, ты мне лучше ответь, почему Годунов сразу тебе не подарил такую штуковину? Чтоб по горячим следам. Он же сам говорил, что «крысу» не поймать из-за того, что след испарился.

— Говорил, — согласился я, присев на кровать. — Но ничего конкретного тебе ответить не могу. Возможно, из-за того, что не хотел расставаться с артефактом и раздумывал, стоит ли его доверить мне. Или же занимался как раз таки «крысой», и меч был нужен ему самому. А ты теперь всех будешь подозревать?

— Только тех, кого надо, — пробормотал Брай, взмахнув вновь наполненной рюмкой. — И пока что твой директор самый подозрительный.

— И отчего же? — удивился я. — Он разрешил вам с Айкой остаться в академии. Помогает людям и Истинным. Чем он плох? Что ты учуял?

— В том-то и дело, Матвейка, — как-то сконфуженно произнёс он, — что ничего.

Мы вернулись в поместье Иды в полдень. Ведьма (уж сильно въелся мне этот стереотип, да и магия Вышнеградской подталкивала к подобному выводу) сидела за столом и мило беседовала со Светой. Волкова же была бледна, словно сама смерть. Не знаю, какая она на самом деле, и есть ли физическое воплощение смерти, но мне почему-то казалось, что она именно такая.

— Матвей? — Света вскочила с места, стоило нам появиться в доме. — Есть какие-то новости.

— Да-а-а... — неуверенно протянул я и достал куб.

В то же мгновение он разобрался и превратился в блестящий меч.

— Ох, — женщина испуганно отпрянула назад. — Что это? Это им...

— Успокойся, — добродушно улыбнулся я. — Всё в порядке. Этим мечом орудовал Васильченко, если помнишь о таком.

— Не совсем, — женщина вопросительно уставилась на меня.

— Чупакабра, — нехотя пробормотал я, так как не любил называть человека, которого просто довело общество, столь оскорбительно. — Тот самый парень, убивающий Истинных.

— Ах он. Сложно забыть, — пробормотала она, всё ещё в попытках перевести дух. — То есть Аня не...

— Нет, она жива, — я поднял свободную руку. — И от этого оружия точно не пострадала, можешь не переживать.

— Уф, — облегчённо вздохнула Света и опустилась на стул. — Тогда зачем тебе меч?

— А я, кажется, догадываюсь, — подала голос хозяйка поместья. — Ты думаешь, что он поможет тебе найти того Лишнего?

— Я смотрю, что память к тебе постепенно возвращается? — усмехнулся я.

Вышнеградская только скривила носик.

— И да, именно этим мечом Васильченко пытался тебя убить, — на всякий случай пояснил я.

— Ну, не он первый, не он последний, — как ни странно, но Ида смеялась над этим. — Но ты уверен, что меч тебе подскажет верный путь?

— Без понятий, — я пожал плечами. — Но надо хоть что-то делать, иначе Истинные следопыты будут ещё долго копаться в тех руинах.

— Согласна, — хмыкнула Вышнеградская. — И когда вы собираетесь отправляться?

— Прямо сейчас, — честно признался я. — Зачем ждать.

— Может, ты хотя бы пообедаешь? — робко спросила Света.

— Благодарю, но нет, — я покачал головой. — Хочу добраться до этой мрази как можно скорее.

— Похвальное рвение, мой дорогой мальчик, — произнесла Ида и встала из-за стола. Пройдя к шкафчику, что стоял в углу зала, достала из него небольшой бутылёк с мутным, но светящимся зелёным снадобьем. — Вот, возьми, — она подошла ко мне и протянула его. — Тебе пригодится.

— Что это? — я взял бутылёк и посмотрел на свету.

— Назовём его зельем бодрости, — улыбнулась хозяйка поместья и вернулась к себе. — Знаю, ты не спал ночью, да и с утра на ногах. Поэтому оно определённо даст тебе хоть небольшой заряд энергии.

— Ого, — восхищённо протянул я, разглядывая зелье. — А в академии об этом знают?

— Конечно, — кивнула она. — Но изучать вы такое будете чуть позже.

Я пристально на неё посмотрел.

— И как много ты уже вспомнила.

То, что она знает о предметах в академии, несколько настораживает.

Ида снова хмыкнула и на миг прикрыла глаза.

— Всё время забываю, что ты головастый и всё схватываешь на лету, — произнесла она. — Да, моя память возвращается быстро, и всё же я чувствую, что пока не готова вернуться к работе. Пускай это будет моим заслуженным отпуском. Я ведь была хорошим деканом?