Пользуюсь моментом и пустым коридором, обнимаю ее за плечи и притягиваю к своему боку. Миранда не возражает.

– Пока все в адеквате, – отвечаю сдержанно. Сдавать других студентов преподавателю, самому будучи студентом, не есть хорошо. Я даже нечистого на руку капитана Шарпера не сдал начальству. Чуть-чуть выпившие студенты, в сравнении с ним, - невинные овечки.

Морган в ответ только качает головой.

– В катере будет душно, - произносит многозначительно и замолкает.

Ясно и так: тех, кто выпил больше, чем следовало, в духоте развезет.

– И что будешь делать? – интересуюсь.

Миранда бросает на меня усталый взгляд.

– Домой отправлю, – вздыхает.
– Кто сможет притвориться трезвым, пусть летит.

И по ее лицу прекрасно видно, что чем больше народу придется лишить путешествия, тем лучше.

Обнимаю крепче.

– Все будет хорошо.

– Угу, – огрызается. – Почти двести мальков в космосе – всего-то, – тем не менее улыбается.

***

Катер небольшой,и, кроме нас с Мирандой, в нем никого нет. Она сама ведет летательный аппарат и заводит его в приветливо распахнувшийся перед нами шлюз лайнера.

Рассматриваю в иллюминатор судно, на котором нам предстоит провести ближайший месяц. Первое слово, приходящее в голову при виде этого корабля, – «огромный». Тот лайнер, на котором я прилетел на Лондор, был втрое меньше, хoтя путешествовало на нем вдвое больше людей.

– О, да на нем можно устраивать вечеринки, - комментирую королевские размеры.

Морган бросает на меня осуждающий взгляд.

– Не дай бог.

Похоже, ее воображение уже нарисовало пьяные пляски в открытом космосе.

– Ну, им же не позволят пронести на борт алкоголь, – напоминаю, пытаясь приободрить.

– Если кто просмотрит, уволю к чертoвой матери!

***

Ждем, пока в отсек запустят воздух,и покидаем катер. Морган и не думает пользоваться трапом, а просто спрыгивает вниз. Следую ее примеру.

На полу чувствуется мерная вибрация судна, готового уйти с oрбиты. Освещение неяркое, слышно приглушенное гудение из машинного отделения, расположенного неподалеку.

– Пошли, - торопит Миранда, и мы вместе шагаем к выходу, на этот раз держась на некотором расстоянии друг от друга,и это точно не моя заслуга.

Дверь за нашими спинами становится на место,и мы оказываемся в уже гораздо ярче освещенном коридоре, по ширине вполне подходящем для того, чтобы пускать по нему парад.

Морган останавливается, сверяется с коммуникатором.

– Твоя каюта – номер двести девятнадцать, - сообщает.
– Это вторая палуба. Найдешь?

– Найду, - заверяю. Схема судна развешена на стенах едва ли не через каждые десять шагов. Тут заблудится только младенец.

– Можешь бросить вещи и прогуляться по кораблю, - продолжает Миранда.
– Еще есть куча времени, пока все будут в сборе.

Смеюсь и притягиваю ее к себе, хотя она и протестует.

– За меня хоть не беспокойся. Разберусь, – шепчу в упрямо сжатые губы.

Получаю вымученную улыбку и выпускаю Морган из своих рук.

– Если что, я на связи, - oна демонстративно постукивает ногтем по экрану своего комма на запястье и уносится прочь по коридору со скоростью, с какой обычно перемещается Лаки.

Остаюсь в коридоре в одиночестве, вздыхаю и плетусь к цветной схеме корабля, чтобы найти свою каюту.

***

Морган

У меня ощущение, будто моя голова сейчас лопнет, и постоянно преследует чувство, словно я что-то забыла, о чем-то не подумала, не предусмотрела.

Ненавижу дни отлета,тем более когда на мне лежит ответственность за целую ораву неопытных желторотиков. Присутствие Джейсона на некоторое время подействовало на меня успокаивающе, но не могу же я все время таскать его с собой, как талисман?

На полном ходу влетаю в рубку.

– Так, что тут у нас?
– сразу же требую отчета вместо приветствия.

В рубке Эшли и оба пилота, Ларсон и Миллиган, которые должны управлять лайнером в штатном режиме. За «прыжки» буду отвечать лично, и никого при входе в «окна» за пульт не пущу.

Все три пары глаз смотрят на меня как на привидение, внезапно появившееся посреди рубки. Затем две пары глаз устремляются в пол. Не поняла…

В этот момент Рис встает с кресла и кивает мне на дверь, через которую я только что вошла.