— Женька! План два!

И рванулся к объятой пламенем двери, на ходу всаживая длинную очередь в замок. Полетел в снег пустой магазин, полный с легким щелчком встал ему на смену. Последний.

Удар ногой — иссеченный пулями запор не выдержал, и дверь распахнулась. Оттуда ударило пламя, но Саша, двигаясь настолько быстро, насколько это было возможно, мгновенно проскочил пламенную стену. Навстречу метнулась темная фигура…

Может быть, еще полчаса назад она и была похожа на человека, но теперь сохранила лишь отдаленное подобие: ноги — чтобы передвигаться, руки — чтобы держать оружие, и еще голову. Только все это не слишком походило на человеческие органы. Глаза — огромные, фасетчатые — затянуты прозрачной пленкой, защищающей их от огня. Голова практически вросла в плечи. Ниже пары рук, сжимавших автомат, болтались еще две — и они пришли в движение, нанося удар.

Бронекостюм успешно противостоял пулям — наверняка он выдержал бы и удар этой конечности, заканчивающейся чем-то вроде костяного клинка, — но экспериментировать Трошин не хотел. Натренированное тело действовало само. Длинная, чуть не в полмагазина очередь буквально разорвала тело далатианина на куски, отбросив останки в пылающую лужу бензина.

Где-то позади был Женька — он наверняка бросит ставшую практически бесполезной винтовку и подхватит упавший автомат. Саша не заботился об этом — впереди ждал коридор, двери — за каждой из них мог притаиться враг. Не время думать — время действовать. И он пинком ноги распахнул ближайшую дверь…

Пожар еще не закончился, но Дан оказался прав — в основном внутренняя отделка производилась из огнеупорных материалов. Если бы вместо бензина был напалм — зданию не поздоровилось бы, а так — всего лишь колом встал обугленный паркет, со стен хлопьями сажи осыпались обои, да мебель почернела — которая не сгорела. Столы почти уцелели — по сравнению с диванами и креслами, все еще пылавшими, распространявшими вокруг удушливый запах горелой кожи и синтетики.

Дышать этой гадостью никто не собирался. Дан уверенно вел их к транспортной кабине, размещавшейся традиционно подальше от глаз случайных посетителей. Борис остался снаружи — прикрывать, отваживать непрошеных гостей… По крайней мере тех, кто позволял себя отвадить.

После задымленного, прокопченного коридора потайная часть базы казалась нереально чистой. Стены отделаны пластиком, происхождение которого вряд ли сумели бы установить лучшие специалисты в области стройматериалов, анфилада комнат, заставленных разного рода техникой… В другое время Саша с удовольствием побродил бы здесь… недельку. Но сейчас не было времени. И больше не будет — база себя исчерпала и подлежала ликвидации.

Малой, нагруженный сверх всякой меры, уже покинул помещение с обиженной физиономией — ему хотелось покопаться в местных сокровищах ничуть не меньше, чем капитану. Дан отбирал и складывал в объемистый баул приборы. «Интересно, — подумал Трошин, набивая сумку боеприпасами, — он сам собирается все это тащить?»

Хотя, имей Саша возможность… Может, СПБ и выполняла на планете исключительно мирные функции, но оружия здесь было столько, что хватило бы на небольшую войну. Хорошо, хоть далатиане не смогли — или не успели получить доступ к внутренним помещениям Базы — иначе и Сашу, и Женьку они в считанные секунды раскатали бы в тонкий блин. А заодно и пару кварталов по соседству.

Автомат с подствольным гранатометом, бесшумная автоматическая снайперская винтовка ВСС «Винторез» с ночным прицелом, гранаты, чертова уйма патронов, несколько пистолетов… Саша уже шатался под тяжестью навьюченной на себя амуниции, но опять и опять протягивал руку за новой игрушкой. Очень хотелось взять «Шмель» — одноразовый огнемет… Но добавить к своему арсеналу еще одиннадцать лишних килограммов он не решился. И потом, он не собирался разрушать Москву.

— Дан, это что за цацки?

— Плазменный… э-э… метатель. Одноразовый. В общем, что-то вроде мини-огнемета, но посильнее.

— Разве такие штучки не попадают под действие Закона изоляции?

— Уже нет: и у вас, и у американцев есть подобные разработки. Чуть послабее наших, но принцип землянами открыт.

Саша сгреб в неподъемную сумку десяток увесистых цилиндриков. Ему до зубовного скрежета хотелось прихватить что-нибудь помощнее, скажем импульсный лазерный излучатель — только из него успеешь сделать не более пары выстрелов. А потом наблюдательный спутник так наведет порядок, что мало не покажется. Наконец он с сожалением признал, что взял предельно возможный груз.

— Уходим?

— Да, сейчас… Тебе придется мне помочь, я не утащу такую тяжесть. Справишься?

Трошин застонал… Как чувствовал!

— Ладно, куда ж я денусь. Дан, когда мы уйдем… что здесь будет?

— Помнишь, я рассказывал, что произошло на резервной базе? Здесь будет примерно то же самое…

— Слушай, объясни мне одну вещь… — Саша, навьюченный как верблюд, гремя железом на каждом шагу, тащился к выходу. — Я не вполне понимаю вот что… С вашими транспортными системами… Вы же вполне могли сделать базу хоть на Луне — для полной безопасности. Или я не прав?

— Могли бы… Но это очень дорого. Миров, подобных вашему, много, а ресурсы СПБ не безграничны. Даже эта вот транспортная кабина с радиусом действия всего лишь в шестьдесят метров — и то слишком дорогое удовольствие. На менее развитых планетах вообще используются обычные стальные двери. Все и всегда упирается в средства.

— Да, помню, ты говорил… Но как-то это… Ну, не знаю… Неправильно, что ли?

— Разочаровывает?

— Немного.

— Понятно, в общем-то. Хотя, если вам удастся остаться в одном из миров Ассамблеи… Александр, я не утверждаю, что вам это и в самом деле удастся. У вас нет гражданского статуса. Скорее всего, ваше дело признают спорным, и его будет рассматривать… в общем, организация, напоминающая земной суд. И нет никаких гарантий, что вас вежливо не попросят вернуться на родимую планету. А не захотите — попросят невежливо. Но если вдруг состоится решение в вашу пользу, то имей в виду — вам придется искать работу. Может быть, вы сможете остаться Командой… Если нет, приходи к нам: СПБ ценит такие кадры… Во всяком случае, в моральном плане.