Шрифт:
— Госпожа, замрите! — пребывающий в нирване Энди вдруг в шоке уставился на что-то за моей спиной. А у оторопевшего Майка отвисла челюсть.
Сердце забарабанило в груди от страха, в глазах потемнело, а ноги стали ватными.
— Т-т-там что, паук? — заикаясь, пискнула я, боясь пошевелиться.
Краем глаза видела, как Энди плавно и осторожно начал приближаться ко мне, словно сапёр на минном поле.
— Там двое… пушистых… — Майк с ошалелым видом нарисовал в воздухе дугу. Таким жестом обычно изображают гору.
— Два больших мохнатых паука? — моё сердце ухнуло в пятки.
Я не понимала, почему притихли близнецы, но не решалась обернуться.
— Не бойтесь, госпожа, просто не двигайтесь, — сделав рывок, Энди дёрнул меня на себя и заслонил своим телом.
Раздавшийся в шаге от нас грозный рык едва не отправил меня в обморок.
Выглянув из-за спины своего защитника, я и сама потрясённо застыла: перед нами стояли два больших красивых снежных барса! В чёрных майках и спадающих с попы штанах…
Хищники ошалело смотрели друг на друга и принялись угрожающе поуркивать. Было видно, что пушистики и сами пребывали в шоке от всего происходящего.
Быстро выбравшись из одежды, они начали принюхиваться друг к другу, не переставая грозно мявкать. Один из них чихнул, и это словно сорвало натянутую пружину: они сцепились в яростный клубок, из которого то и дело вылетали клочки шерсти.
Энди медленно попятился к выходу, продолжая прикрывать меня своей спиной. А Майк плавно скользнул в том же направлении, чтобы открыть для нас дверь.
Но в комнату неожиданно вошёл Даниэль.
Увидев посреди спальни, в паре шагов от меня, двух дерущихся хищников, мой эльф мгновенно кинулся на них. С голыми руками.
В голове мелькнула мысль: ну всё, песец котяткам. Мой блондинистый робот сейчас оторвёт им хвосты и свернёт шеи.
Мозг от шока ушёл в перезагрузку. Как остановить весь этот беспредел, я не знала. Так что сама удивилась, когда неожиданно рявкнула на весь дом:
— Лежать!
Легли все. И коты. И Даниэль. И Энди. И Майк.
И даже рабы с молотками в коридоре — судя по наступившей тишине.
Наверное, моя ангельская репутация в этот момент была сильно подмочена. Орать на весь дом «Лежать!», находясь в спальне с рабами…
Но сейчас меня волновало другое.
Три мужика и два больших кота распластались на полу, не смея пошевелиться. От пережитого стресса колени подкосились, и я сама опустилась на ковёр с грацией маленького тюфячка.
Стук в дверь раздался очень робко, и находившийся в коридоре раб сообщил, что в дом прибыл гонец от господина Фалентия, с подарком.
Только этого мне сейчас не хватало.
— Иду… — глухо отозвалась я. Или ползу?..
Мать моя женщина… Близнецы — оборотни! Не зря я их мысленно с котами сравнивала. Они коты и есть! Самые натуральные…
И я не знала, что теперь от них ожидать. Что у них творится в голове? Когда они снова примут человеческий вид? И примут ли вообще? Хорошо хоть мои приказы на них действуют, и они, похоже, понимают мои слова.
— Поднимайтесь все, только медленно, — махнула я рукой лежащей на полу компании. — Коты уходят в тот дальний угол и спокойно сидят там, — сказала я барсам, и те послушно выполнили мой приказ, хоть на пушистых мордах и было написано несогласие с таким произволом.
Я чувствовала, что они порываются пойти со мной, чтобы охранять, но не смеют ослушаться. Или не могут.
— Даниэль и Энди, садитесь на диван. Котов не бить. Я скоро вернусь. Майк, ты идёшь со мной, ладно? — обратилась я к управляющему. Тот с готовностью отозвался:
— Конечно, госпожа!
Решила на всякий случай взять его с собой. Мало ли что там за подарок мне привалил.
Энди и котики проводили меня встревоженными взглядами. А на лице Даниэля я впервые заметила хоть какое-то подобие эмоции. Он задумчиво смотрел на кровать.
Глава 26. Кодекс
— Госпожа, а нам уже можно вставать? — робко заикнулся один из пяти рабов, лежавших на полу в коридоре. В руках эти парни продолжали сжимать молотки.
— Эм… да, конечно, — вне себя от смущения, я проскочила мимо них. Майк едва поспевал за мной следом.
На лестнице лежал ещё один несчастный.
Да как он услышал-то мой приказ на таком расстоянии? Либо у них слух отменный, либо у меня голос такой громкий.
— Всё хорошо, поднимайся, — махнула я ему рукой, торопливо спускаясь по ступенькам.