— Я не хочу сидеть здесь и выслушивать их поздравления, — подавленно сказала я, покачав головой. До сих пор в ушах звенели женские визги: «Добей!»

— Всё хорошо, Полина! Скоро Кас будет в порядке, не переживай, — подняв с кресла, крепко обнял меня Даниэль.

Поверженного эльфа тем временем подхватили под руки двое рабов и куда-то потащили — бесцеремонно, как окровавленную тряпку, не особо заботясь о том, что у человека сломана рука.

— Надеюсь, я не переборщил? — осторожно спросил вошедший в ложу Тэй. Он всё ещё был в гладиаторском облачении.

— Нет, ты всё сделал правильно, — тяжело вздохнул Даниэль. — Но сейчас тебе лучше переодеться и смыть с себя кровь.

— Согласен. Я быстро, — кивнул вампир, исчезая из виду.

— В особняке на первом этаже есть пустые гостевые комнаты. Давай я отведу тебя в одну из них, пока Виола решает вопрос с Касом, — предложил телепат.

— Да, хорошо. Спасибо, Райли, — я отправилась вслед за ним. Надёжная рука Дана придерживала меня за талию. Финн, Майк и Энди замыкали нашу процессию.

Едва мы вошли в особняк, как в холле раздался жуткий грохот бьющейся посуды и до нас донёсся истошный вопль Виолы.

— Это же была ваза эпохи Май-лин! Как ты посмел её разбить? — орала лисичка на едва стоящего на ногах Кассиэля.

Эльф ошалело хлопал глазами с видом «а что, Карфаген тоже я разрушил?» и силился что-то сказать. Но из-за отбитых вампиром внутренностей из его горла вырывались только хрипы.

— Я требую возмещения ущерба! — наехала Виола на подошедшую к ним амазонку. — Твой раб-неудачник разбил эту ценную вазу! Шестьдесят миллионов тайров! Или увидимся в суде, Бетти, и сумма иска вырастет вдвое!

Лицо брюнетки перекосилось и пошло белыми пятнами. Но, надо отдать ей должное, эта дамочка умела держать себя в руках.

— Сорок миллионов — и мы разойдёмся полюбовно, — процедила она сквозь зубы, убивая Кассиэля взглядом. Вокруг них уже собралась целая толпа, охочая до сплетен.

— Пятьдесят миллионов и этого раба в придачу, — махнула Виола на эльфа с таким видом, что делает заклятой подруге величайшее одолжение.

Я аж восхитилась лисичкой. Моя школа…

— Зачем тебе этот бесполезный кусок мяса? — удивилась амазонка.

— Какая тебе разница? — парировала Виола. — Может, хочу добить его лично? Или ты собралась тратить деньги на его лечение? Ты серьёзно думаешь, что он ещё сможет побеждать на арене?

— Ладно! — прошипела Бетти, как заправская змея. — Забирай!

Всё-таки сегодня определённо удачный день…

— Какой удачный день! — восхитилась Виола, впуская меня со всей моей свитой в одну из гостевых комнат. Только Тэя ещё где-то носило.

Кас тоже был с нами: Даниэль и Энди поддерживали его с двух сторон, не давая упасть.

Бетти перевела Виоле деньги и оформила в её собственность побитого чемпиона (тот едва смог прохрипеть своё имя, дотрагиваясь до ринала), после чего ушла, громко хлопнув дверью. И пока толпа возбуждённо обсуждала это интересное событие, довольная лисичка увела нашу компанию в дальнюю, неприметную комнату.

— Дружба с тобой определённо приносит выгоду моим финансам, — промурлыкала Виола. — Наверное, мне перепадает частичка твоей везучести. Сядьте на диван, — благосклонно позволила она моим рабам.

А мы с ней опустились в стоящие рядом кресла.

— Надо как можно быстрее доставить Кассиэля в медицинский центр, — отметила я, с сочувствием посмотрев на избитого эльфа.

— Ладно, — согласилась Виола. — Принеси мне магическую клятву на крови, что никогда и никому не расскажешь о секрете моего родового браслета и о том, кем мы с Дариной являемся. И я тут же оформлю Каса на тебя.

— Нет, давай наоборот, — покачала я головой. — Сначала Кас. Я сразу отправлю его с Энди и Даниэлем к Родни и спокойно принесу тебе клятву.

— Хитрая, — хмыкнула лисичка, но возражать не стала. Потыкав в свой браслет, она махнула эльфу на меня: — Подойди к новой госпоже. Дотронься до её ринала и назови своё имя.

— Нет, сиди! Я сама подойду, — подскочила я к этому бедолаге, которому было больно не только двигаться, но даже дышать.

Протянула к нему руку с риналом, а он уставился на меня с удивлением и недоверием. Видимо, мой образ стервы — ведь я смотрела на него с презрением и называла сломанной игрушкой — никак не вязался с тем, что он видел сейчас. Полный разрыв шаблонов у мужика.