— Вольно!

“И что стоит сказать? Принца империи я совсем не хотел убивать, но другого выхода он просто не оставил.”

Ганджи раскрыл двери тронного зала и поймал взгляды пары десятков глаз, смотрящих на него как на собаку, которая неправильно выполнила команду дрессировщика. Советники царя в разного рода вопросах, от сельского хозяйства до военных действий, стояли полумесяцем под огромными сводами нефритового дворца. Как возвели это грандиозное сооружение Ганджи мог только догадываться. Огромные колонны, подпирающие свод было бы не обхватить и трём мужам, а рисунок солнца в самой высокой его части, казалось, согревал изображавшим небесное светило горящим изнутри янтарём. Анхель Бадд редко бывал в столице царства, Видэоне, от того и чувствовал себя крайне напряженно и растерянно, роскошь была ему непривычна. Рантары ходили в военном патруле по всему царству, поддерживая порядок в дальних регионах и решая военные конфликты с империей Эйдос. Кочевники, бывшие бандиты, наёмники царя. Их называли по-разному, но лишь одно оставалось неизменным — там были лучшие воины царства. А стать анхелем рантаров, значило стать следующим по силе после царя дракона. А стать главой рантаров, где уважали только силу, в восемнадцать лет, казалось всем чем-то невозможным. Анхель может командовать подразделениями армии до десяти тысяч человек, где каждой тысячей командует десятник. У каждого десятника в подчинении находится ещё десять человек, имеющими звание сотника. А у тех ещё десять — тысячники. Чины тысячников и ниже считались низшими чинами армии и самыми многочисленными. Каждый рантар был равен по силе тысячнику, лучшему бойца взвода. Потому и на очередное столкновение с империей Эйдос было решено отправить именно рантаров.

“Я обязан был убить принца…” — даже для Ганджи это звучало нелепо. Он дошёл до середины зала, где спираль из цветной мозаики на полу только начиналась и громко приставил вторую ногу, словно разрешая начать с ним разговор. Нервы были на пределе и Тигр был даже рад, что оставил свой меч в разбитом ими военном лагере у города. Сейчас, когда решалась его судьба и судьба рантаров, он бы ни за что не согласился пойти под трибунал за нарушение дипломатической неприкосновенности.

— Анхель Бадд, как прикажете это понимать?! — спокойно, но громко начал диалог один из царей, сидящий на левом троне. Средних лет мужчина с чёрными вьющимися волосами, он не выделялся мощным телосложением, но то пересиливала мудрость древнего старца в тёмно-фиолетовых, словно грозовое облако, глазах. Эти глаза видели людей насквозь, пронзали ложь, добираясь до истины.

— Государь. Ваш приказ был выполнен дословно… — отвечал анхель рантаров Ганджи Бадд, выступая перед двумя царями Гринтерры, великого лесного царства.

— Тогда расскажите «дословно», как именно Вы выполнили мой приказ? — Царь Иолай Д’Видеон был человеком крайне проницательным, дипломатичным и мягким, но его мягкость не касалась людей, четко не исполнявших поставленные задачи.

— Во время патруля рядом с Хребтами раздора посыльный доставил свиток с царским указом, — Ганджи Бадд достал из-за пазухи кожаный футляр цилиндрической формы и вынул из него свиток, демонстративно протянув его вперёд. — В нём были указания к нашей немедленной передислокации на Берег Лун и его защите, а также при возможном нападении приложить все силы к подавлению противника и изгнанию его с наших земель.

— Именно так, — царь был спокоен, Ганджи являлся его хорошим другом в молодости, и он знал об исполнительности этого славного полководца.

— Мои войска дошли в кратчайшие сроки до Берега Лун, но тем не менее враг нас опередил. Гарнизон ближайшей к берегу крепости, принадлежащей армии Юга, приложил все силы для того, чтобы войска Эйдоса не смогли высадиться на берег потерпев огромные потери, но эйды всё равно смогли окопаться. Несомненно, это можно было бы считать успехом врага, но вот потери империи были колоссальны. Я взял командование оставшимися от гарнизона воинами на себя. А вот командование вражеской армией, судя по донесениям нашей разведки, взял в свои руки кронпринц Кассий фон Ридас. Принятие решения отступить в мои планы не входило, отдать Берег Лун стало бы равносильно проигранной трёхсотлетней войне. — голова анхеля чуть наклонилась вперёд, закрыв тёмно-красными локонами глаза. Лёгкая ухмылка скользнула по лицу молодого анхеля, словно тот всё ещё был в пылу жестокого сражения. — Они думали, что, почти уничтожив местный гарнизон и, потеряв более половины своего личного состава, способны сражаться дальше. Тогда мы заслали к ним своего человека с ложными данными разведки о подкреплении рантаров и нашем трехкратном численном превосходстве. И, хотя их осталось ещё около трёх тысяч человек, они были уставшие после плавания, измождённые высадкой и сломленные от потерь, солдаты империи всё равно начали продвижение в лес. Изая… Кхм… Простите. Мой десятник — Изая Вимур со взводом лучников начал обстрел кораблей противника из своего фамильного лука, лишая огневой поддержки наземные силы. Как Вы и все присутствующие знают, его лук — является одним из орудий, в создании которого использовались руны древних. Одного попадания золотой стрелы достаточно для уничтожения флагманского корабля. Если бы не объём поглощаемой им энергии… Возможно и войны можно было бы избежать. Но тем не менее… Наши воины вступили в бой с солдатами противника. Их палки, стреляющие свинцовыми шариками, которые те именуют ружьями и пулями соответственно, дали преимущество над нашими силами на средней дистанции. Их деревянные щиты защищали от наших стрел и нам оставалось лишь подойти для рукопашной схватки. — Ганджи едва заметно ухмыльнулся и его жёлтые глаза с высокомерием взглянули на окружающих, заставляя тех съёжится от страха после следующих слов. — Глупцы… Против них шли рантары… Нам нет равных в ближнем бою…

— Хм… Я бы отступил на их месте ещё после первых залпов Вимура. — царь Иолай слушал своего подданого внимательно и понимал, что случилось, не много не мало, как попытка подставить своего кронпринца командующими Эйдоса, но никак не способ реального нападения королевства. Столь неадекватное поведение против превосходящих сил противника было не похоже на прославленного молодого стратега и принца Кассия фон Ридаса.

— Тоже бы сделал и я, мой государь, но почему-то враг был уверен в своей победе, а возглавлял их атаку сам кронпринц. Он вышел в первых рядах на поле боя и убил много хороших ребят, которых я хорошо знал. Кстати говоря, даже смог отразить один из выстрелов десятника Вимура. Создавалось впечатление, что кто-то пытался стравить наши армии и им это безусловно удалось. Эта битва была больше похожа на мясорубку или скотобойню, но никак не на сражение. Наши воины стоили трёх или пяти вражеских солдат. Несмотря на ружья с прикреплёнными ножами в их руках, неспособность использовать свои знаки анимы на поле боя, играет с ними плохую шутку. Но я не мог продолжать данное побоище сделать кронпринцу предложение о перемирии.

— Вы его убили, анхель Бадд! — один из советников не выдержал и буквально подбежал к Ганджи лицом к лицу. — Вы убили наследного принца империи Эйдос! Вы хоть понимаете, чем это может обернуться?! Нет! Вы не понимаете! Вы всего лишь убийца!

— Я защищал Родину, советник Перлей. И заботился о семьях своих воинов и семьях людей по ту сторону баррикад. А Вы? Заботитесь о тех, кто Вам дорог?!

Зал наполнила тишина и только грозный взгляд анхеля, направленный в глаза старого военного советника Ликурга Перлея, наполнял это молчание смыслом. Казалось, всего мгновение отделяло советника от гнева подчинённого. Ганджи Бадд будто бы раскалял атмосферу зала своей энергетикой. Его наспех уложенные волосы растрепались от резких движений головы и сейчас напоминали факел, разгорающийся с каждой секундой всё сильнее.

— Моя дочь никогда не выйдет за такого преступника как ты, Бадд. Несмотря на все твои заслуги перед царством, я нашёл для неё лучшую партию.

— Довольно советник, выйдите из зала! — царь смерил взглядом Перлея и добавил. — Выйдите все, во избежание подобных инцидентов! — хмурый взгляд Иолая обежал тронный зал.

Бояре, представители знатных домов и советники начали покидать напряжённую атмосферу помещения. Кто-то бежал спотыкаясь, кто-то отнюдь не спешил, ожидая продолжения концерта, но советник Перлей покидал тронный зал последним. Хоть он и был порою крайне несдержан, но заслужил своё звание и должность главного военного советника. С царём Иолаем остался сидеть на соседнем троне лишь царь-главнокомандующий Зейн Д’Видеон, тот кто всё ещё молчал и с интересом выслушивал доклад своего подчинённого. Его короткие чёрные волосы и ястребиные чёрные глаза хоть и были направлены на Ганджи, но его сознание было поглощено услышанным. Многие советники и высшие чины считали, что Зейн крайне жестко решает все возникающие конфликты с речными деревнями и островными городами за Каменным морем, что пролегало по центру континента. Старший Д’Видеон думал о том, как поступил бы он сам, будучи на месте Бадда и как решал бы напряжённую обстановку между двумя сильнейшими державами, являясь сильнейшим воином на всём континенте. Будучи носителем тату анимы дракона, так и могло произойти.

— Итак, Ганджи, продолжай. — сказал главнокомандующий, подпирая рукой подбородок с изящной чёрной бородкой.

— Моё предложение услышали все воины, как с нашей стороны, так и со стороны Эйдоса. Предложение было о дуэли между им и мной, а также о прекращении бесполезной резни. Кассий фон Ридас прилюдно согласился на предложение о сдачи войск проигравшего в дуэли. Он сражался как никто и никогда из эйдов. — зрачки глаз анхеля пылали, в них читался то восторг, то гнев, то бессилие. — Честно говоря, я вовсе не хотел его убивать, но случилось непоправимое. Он не смог контролировать свой знак анимы, хотя сам вряд ли это понимал.