Иностранный отдел тайной государственной полиции на Принц-Альбрехтштрассе располагал почти исчерпывающей картотекой политических эмигрантов. Венер затребовал ее и просмотрел. Он чуть не задохнулся от бешенства, увидев имена старых «знакомцев», которые выскользнули у него из рук.

Вальтер Брентен…

Венер отвел глаза от красной карточки и попытался восстановить в памяти разговор, происшедший много лет назад. Вальтер в то время был еще совсем мальчишкой. Интересно, он все еще носит короткие штаны и говорит напыщенные фразы? С него станется, подумал Венер, почувствовав свое превосходство, свою силу. И все-таки Брентен от него ускользнул. Да, двое в один день, он помнит. Что и говорить, успех. Но Венер сказал себе: «Из моих рук он не вырвался бы. Уж я-то скрутил бы его в бараний рог».

Он снова углубился в картотеку и прочел:

«…через Прагу в Париж. Там работает в так называемом Комитете борьбы за освобождение Тельмана…»

«Недурное выбрал себе местечко!.. Ну погоди, оттуда мы тоже выкурим тебя. И может быть, ты в один прекрасный день попадешь как раз в мои руки, паренек. Вспоминает ли еще Рут об этом теленке, коммунистике? Со времен революции, — кажется, это было в двадцать третьем, во время коммунистического восстания, — она ни разу не упоминала его имени…» Венеру доставило бы удовольствие встретиться с ним, взглянуть на него, рассмеяться ему в лицо. Он, Венер, не обронил бы ни единого слова — к чему? Только рассмеялся бы…

Он продолжал перебирать карточки. Ему попалась фамилия Вольф… Силезец Отто Вольф, журналист из Бреславля. Этот журналист подписал заявление о своей готовности работать для гестапо и сообщил о двух коммунистах, прибывших из Праги для подпольной работы. Да, и назвал еще фамилии членов подпольного комитета коммунистической партии в Саксонии. И вдруг исчез. Но след его нашелся: сидит в Гетеборге. Венер решил потревожить Вольфа в его мирном шведском убежище. Пусть продолжает служить гестапо. А нет — так выдадим на расправу товарищам-коммунистам.

Рут решительно отказалась переселиться в Берлин. Венер не настаивал, зная, что скоро ему придется ехать в Испанию. Во всяком случае, он предполагал, что после поездки в Испанию ареной его деятельности будет Берлин. Он говорил себе: там видно будет! Пусть пока остается в Гамбурге и бережет фармсенский дом.

В Испанию он уже послал не только десятки отборных чиновных гестаповцев, но и большое число комиссаров, главным образом откомандированных из латиноамериканских стран. Когда он приедет, он уже найдет там костяк испанской тайной полиции, скрепленный в важнейших точках добротными немецкими скобами и крючками.

Он невольно рассмеялся, читая о лондонском Комитете по невмешательству. Пока там без конца спорили о каждом параграфе и без конца болтали, Гитлер и Гиммлер действовали. Никогда еще в Испанию не отходило так много пароходов с туристами — молодыми немцами. Пароходы организации «Сила через радость»[18] выбирали для своих увеселительных поездок главным образом южноиспанские порты, и, по-видимому, никто не замечал, что они прибывают туда битком набитые и возвращаются почти без пассажиров.

Фюрер объявил в рейхстаге: «На испанской земле нет ни одного немецкого солдата!» Политика! Надо же втереть очки всему свету! Зато русские, находил Венер, в высокой дипломатии сущие младенцы! Они имели глупость открыто заявить, что в Испании их симпатии на стороне красных. Фюрер — человек другого склада.

Результаты не замедлили сказаться; очевидно, красной испанской республике скоро крышка.

Как только Франко вступит в Мадрид, члены лондонского Комитета по невмешательству, вероятно, сразу же упакуют свои чемоданы.

Венер, довольный, ухмылялся.

VI

В октябре Венер получил из канцелярии рейхсфюрера СС приказ немедленно выехать в Испанию. Гиммлер присовокупил: «В Испании вы будете главным инспектором. Торопитесь, чтобы поспеть к моменту вступления каудильо в столицу».

Через три дня грузовой пароход «Трапани» отошел от пристани сломанской пароходной компании и направился в Средиземное море. Венер заказал на этом судне место до Кадиса.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

I

Уже больше года штурмовали столицу испанской республики четыре колонны генерала Франко, пополненные итальянскими легионерами. Ими командовали немецкие штаб-офицеры. Уже почти год главный инспектор Гейнц Отто Венер находился в Вальядолиде, местопребывании тайной государственной полиции, созданной им на оккупированной Франко территории. Свобода в Испании истекала кровью. Босая и нищая, она терпела лишения, недостаток в оружии, но она боролась — и сердце ее было заковано в броню.