— Ан! Ан, ты где?!

Кто это орёт? Она подняла голову, прислушиваясь к крикам. А, точно, это её висельник. Проснулся от шума, что ли?

— Ан! Ан! Кел! — продолжал надрываться Меркий. — Помогите!

Подволакивая подвёрнутую при падении ногу, Ан поднялась по лестнице наверх. Только бы святоша не сдох, иначе она что, зря с ним возилась? Ан подняла оставшийся валяться около дверей в коридор пистолет, и заковыляла на голос чернорясого. Сладкий запах тварей стал выветриваться. Отлично, можно будет доспать, а утром, когда твари начнут разлагаться и вонять, уйти.

— Ан! — продолжал надрываться священник. Он стоял в одних штанах около стола. Несмотря на страх, он умудрился снова разжечь огонь и включить её фонарь, и теперь крутился на месте. Подходи и убивай. Ещё и слепил её. Когда Ан подошла к их закутку, он даже не заметил, а заметив, попытался ударить фонарём. — Не подходи ко мне!

— Заткнись, — Ан поймала его руку и отобрала фонарь. Со стороны второй лестницы раздавались стук и лязг железа. — Жди тут.

Ждать этот дурак, разумеется, не стал. Схватил оставленный на столе фонарь и побежал следом.

— Что это было?!

— Серые твари, — огрызнулась Ан. Она тихо просвистела, подзывая Кела. В ответ на её призыв в темноте появились оранжевые глаза. Ан увидела сизый массив над лежащей тварью. Шептунья лишилась головы, а её огромные руки торчали в разные стороны, как ветки сухостоя. Кел, узнав хозяйку, подбежал к ней на трёх лапах. Ан упала перед ним на колени и быстро ощупала его голову и плечи. Зверь мешал ей, тыкаясь мордой в руки, а Меркий суетился и пытался светить фонарём. Зелёная кратинка перед глазами истерично бликовала и мигала.

— Прекрати, — она отпихнула святошу и ощупала бока Кела. Обнаруженное ей не понравилось. Шептунья сумела поддеть несколько пластин и влезть в нутро железного зверя. Разбить адамантиевый сердечник ей было, разумеется, не под силу, но несколько мышц она умудрилась порвать.

Кел лёг около её ног и перевернулся, подставляя хозяйке пострадавший бок.

— Что случилось?! — просипел Меркий. Он осветил тварь и, похоже, увиденное зрелище его всё-таки шокировало.

— Заткнись.

— Что это было?! — закричал Меркий. Ан встала и отвесила ему затрещину. Не сильную, но священник отшатнулся.

— Не шуми! Хочешь, чтобы за тобой ещё кто-нибудь пришел?! — Она взяла его за плечо и отвела обратно к потухаюшему костру. Кел проковылял следом.

— Ещё?! — икнул Меркий. Ан разжала пальцы. Он рухнул на пол и пополз под стол. Ан зло оглянулась на чернорясого и ничего не ответила. Она молча забрала у него фонарь, потом отцепила от пояса нож и перекинула его чернорясому. Вдруг пригодится?

— Сиди на месте и не лезь мне под руку, — она заставила Кела лечь и посветила ему в бок. Так и есть, три пучка порваны. Левая передняя лапа почти обездвижена. Она могла бы заменить порванные мышцы и выправить отогнутую шептуньей пластину, но на это нужно время, а вот его у них не было.

— Потерпи, мой дорогой, — она достала из сумки моток ленты, нарезанные куски тросов. Запах сладости практически прошёл. Сколько бы не было тварей, от первой атаки они отбились. Шептуньи охотились стаями по три-четыре штуки, и даже если какая-то тварь ещё до них не добралась, в одиночку она не рискнёт сунуться.

Больше Ан волновала мелкая личинка и ошейники. Шептуньи потомство на охоту по своей воле не брали. Личинки глупы, неповоротливы. Ан знала случаи, когда их убивали простые люди каким-нибудь кольём. Значит, их хозяин не очень понимает, что делает, велев всей стае выходить на охоту… Возможно, он не Благородная Кровь или кто-то вроде неё.

— Что ты делаешь? Он ранен?

— Да, — Ан сложила пострадавшую лапу и примотала её к туловищу Кела, чтобы не болталась. Днём, если они доживут, при свете дня она займётся ремонтом на первом же достаточно ровном куске бетона. Пока же придётся довольствоваться лишь этим.

— Как… Эта тварь… Это… — висельник принялся стучать зубами. Ан захотелось ударить его.

— Ты мешаешь.

Она убрала остатки ленты в сумку. Теперь осталось решить, что делать дальше. Она поднялась на ноги, чтобы вернуться к убитой Келом твари, хотя и так знала, что найдёт на ней ошейник.

— Ан, там! — внезапно взвыл Меркий. Ан оглянулась и потянулась к пистолету. Потом вспомнила, что он не заряжен и выругалась. За рамами рядом с местом их ночёвки светилось нечто округлое. Свет висел прямо перед грязным стеклом, от чего казался расплывчатым нечто.

— Ан, что это?! — чернорясый упал и заполз под стол. То ли безнадёжный трус, то ли наконец-то понял, что только мешается.

— Заткнись, — Ан подняла дробовик. Оставалось надеяться, что она не забыла, как им пользоваться по назначению.