– Ау, Джоанна, какого черта? – зашипел он, при этом, даже не дернувшись.

– Зачем ты это устроил? Если бы ты не начал ссору, я уговорила бы его отдать проект мне!

Первая предательская слеза скатилась по щеке, но я быстро стерла ее.

Я не хотела, чтобы кто-то видел меня слабой, даже если этот «кто-то» мой брат. Всю свою жизнь я старалась быть сильной.

Конрад зарычал и вскочил со стула.

– Значит, я виноват, да, Джоанна? – Прогремел его голос. Он со свистом выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы.

В углу комнаты кто-то зашевелился. Теперь я вспомнила, что мы с братом не одни здесь. Конрад тоже заметил Лину, потому что через секунду грозно произнес:

– Лена выйди.

Лина не пошевелилась, упрямо вздернув нос, она с вызовом взглянула в глаза Конрада. Помимо вызова я заметила в ее голубых радужках оттенки страха.

– Я Лина.

– Я сказал, выйди отсюда! – Повысил голос Конрад и девушка вскочила с места и выбежала из кабинета.

Я вытерла слезы со щек.

Конрад действительно выглядел угрожающе, но кроме этого, он выглядел полным придурком. Общаться так с моими подчиненными я ему не позволю.

– Иногда, ты ведешь себя в точности как отец. Ты орешь на мою ассистентку, унижаешь ее, называя другим именем, чем это отличает тебя от него? – Я схватила стакан с водой со стола и встала, смело глядя на брата. – У меня создается впечатление, что из нас двоих маленький и незрелый человек – это ты, Конрад.

Я увидела, как сильно он клацнул зубами, его глаза сузились, а подбородок выпятился вперед. Он ненавидел сравнения с отцом, я хорошо знала это, знала и воспользовалась этим специально.

– Не нужно сравнивать меня с этим монстром!

– Он монстр? Ты когда последний раз в зеркало смотрел, а?

Конрад отшатнулся от меня, и сжал губы в тонкую линию.

– Почему ты его так ненавидишь? Он не был лучшим отцом, но и худшим его не назовешь, – сказала я.

Брат дернул головой и отвернулся от меня, хватая со стула куртку.

– Откуда ты знаешь, каким он был отцом? Мы росли без него, – бросил он и вышел из зала, громко хлопая дверью.

***

Стоя напротив зеркала в уборной, я разглядывала свое лицо.

Смятое бумажное полотенце отправилось в урну, в последний раз окинув себя взглядом, я собиралась уже уходить, как вдруг услышала голоса.

Вдоль противоположной стены находились серые туалетные кабинки, и заканчивались они в конце комнаты. Звук шел из самой последней.

– И он такой горячий, – заговорила первая девушка, – не понимаю, как ты держишься, мое тело уже расплавилось бы от этого калифорнийского солнышка.

Я сразу узнала этот голос, его обладательницу звали Мелисса, она работала в финансовом отделе.

– Замолчи Мелисса, он же брат моей начальницы, – сердито прошептала вторая девушка.

А чтобы узнать второй голос, мне даже не пришлось прикладывать усилий: моя ассистентка Лина.

– Что это? Я слышу ревность в твоем голосе, Лина?

– Нет, – отмахнулась девушка.

– Ну, признайся, то, что он брат Селесты делает его еще горячее и значительно повышает ставки, – мечтательно заключила Мелисса, – ты только представь, сколько у них денег.

– Я представляю, но даже будь он без гроша в кармане, я бы не отказалась остаться для сверхурочной работы, – засмеялась Лина. – Это была бы просто волшебная ночь: луна, шелковые простыни и он надо мной.

Я зажмурила глаза: разговор был просто отвратителен.

Да и кто вообще мечтает о шелковых простынях? Они же такие неудобные! Все время собираются в кучу, и не дают спокойно наслаждаться процессом, будь то секс или сон.

– И он был таким горячим, споря со своим отцом. Два потрясающих мужчины эти Хэтфилды, – послышался голос Лины.

Я поспорила бы, ведь юридически ни Конрад, ни я не были Хэтфилд. При разводе родителей, мама сменила нам фамилию на свою. И Конрад уж точно не считал себя Хэтфилдом, он был Морель. Однако сотрудники не знали всех тонкостей наших семейных отношений. Меня называли мисс Хэтфилд, потому что знали, что я дочь Томаса, а я никогда не поправляла их. Однако все документы велись от лица Селесты Джоанны Морель. Селесты Джоанны Хэтфилд не существовало юридически.

– Так это что же, ты и папашу Хэтфилд объездила бы? – лукаво спросила Мелисса.

– Конечно, а кто не объездил бы? У него гораздо больше опыта в этой сфере, – засмеялась Лина, заставив меня в отвращении скривить губы.

– Ты хотела сказать денег?

– Ну, разумеется, куда без них!

Девушки засмеялись, и их смех был похож на что-то мерзкое, вроде кваканья лягушек. Я отодвинулась от раковин и собиралась уже как-нибудь заявить о своем присутствии, но от услышанного застыла с открытым ртом.