Я окинула взглядом грозного мистера Хэтфилда. Ему не мешало бы подстричься. Вообще Томас предпочитал носить прическу покороче. Когда волосы отрастали, были видные его небольшие залысины правее и левее лба. Виски со временем окрасились в стальной цвет и приглаженные гелем для укладки отражали свет из окон.

Томас заботился о своей внешности, он регулярно занимался спортом, любил гольф и в свободное время играл в большой теннис. Он был высоким и подтянутым. Для мужчины его лет выглядел отлично. Еще он любил женщин, но любил их только в своей постели, а не на руководящих должностях в крупных компаниях.

Под столом я сжала руки в кулаки, чувствуя, как раздражение вперемешку с негодованием поднимаются откуда-то из груди, рискуя выплеснуться наружу.

– Ты, – начал Конрад, но тут же поправил себя, – вы считаете, что это имеет значение, мистер Хэтфилд?

О нет, надвигается буря.

– Это наша общая идея, – растеряв весь свой энтузиазм, промямлила я. Мистер Хэтфилд улыбнулся уголком губ, продолжая сосредоточенно взирать на меня с экрана телевизора, так, будто собирался поучать непослушного, глупого ребенка.

Он тянул с ответом, а я этого не любила. Ожидание – самая страшная вещь. Не просто так приговоренным к смерти людям не сообщают дату их конца. Перед смертью они должны помучаться.

– Селеста, ты знаешь, я не люблю, когда меня обманывают, – вздохнул Томас.

Я решила переключить его внимание на другие вещи.

– Да, эм… Проект еще стоит подкорректировать, но основная концепция была изложена мной полностью, там же приблизительный бюджет: затраты и прибыль. Я просчитала риски, преимущества и недостатки. И считаю, что мы готовы выйти на рынок Юго-Восточной Азии.

– Я не думаю, что это стоит того, – покачал головой Томас.

– Но Юго-Восток Азии – новый развивающийся регион, это огромный пласт перспектив и вложений в будущее! Поток туристов с каждым годом увеличивается, предприниматели массово застраивают эту местность, и производства ведущих компаний мира в ближайшие десятилетия сосредоточатся именно в этом регионе. Я смотрю в будущее, и думаю, это определенно стоит того.

– Да, ты права, но также это бесконечные политические, религиозные и этнические конфликты. Мы охватили некоторые районы Азии: север был выгодным решением, но дальше, – Томас покачал головой, – боюсь, мы еще не готовы к этому. Да и такой сложный проект не по плечам молодой и неопытной девушке вроде тебя.

– Да можешь ты хоть раз отбросить свои предрассудки, и позволить ей заняться этим проектом? – Раздался яростный голос Конрада.

Я вздрогнула и сжала зубы.

– Ты уже делал так! Она еще студенткой засыпала тебя идеями, их исполнение ты поручал другим людям! И, как правило, они не носят юбку и имеют яйца между ног, что по определению делает их лучшими специалистами, чем Джоанна! Не так ли, Томас? – Конрад громко стукнул кулаком по столу, и я отвела взгляд от экрана телевизора.

Глаза слезились, но я старалась сдерживать это, чтобы не показывать всем, какая я слабая маленькая девочка, не способная самостоятельно плавать в океане, среди акул большого бизнеса.

– Ты, гребанный сексист, ты знаешь это? – Брат вскочил из-за стола, стул позади него опрокинулся.

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне, помни, благодаря кому ты занял это место! – Мистер Хэтфилд встал, и оперся руками о столешницу, пронизывая уничижительным взглядом камеру.

Остальные члены конференции застыли, неловко переглядываясь между собой. В этих костюмах и с толстыми брюшками они были похожи на пингвинов, стоящих на льдине, и не способных решиться прыгнуть в ледяную воду. Они всегда слепо следовали решениям Томаса Хэтфилда, и если среди них и имелся человек других взглядов, то он предпочел бы промолчать и держаться как можно дальше от ледяной воды.

– Ты будешь уважать меня, – прогремел голос из динамиков, – хочется тебе этого или нет.

– Уважают тех, кого есть за что уважать, а ты упал в моих глазах много лет назад.

– Все, что ты имеешь, дал тебе я! И я могу это отнять в любой момент!

Я невесело усмехнулась: все, что он дал Конраду – буквально было на пределе его возможностей, а что Томас дал мне? – Ничего.

– Хватит! – выкрикнула я. – Орете друг на друга как два барана.

Сын весь в отца.

– Твое решение окончательно? – строго спросила я. Внутри все еще теплилась надежда, что Томас передумает и позволит мне заняться проектом.

Мистер Хэтфилд, покачал головой, проявляя свое недовольство.

– Это окончательное решение, Селеста, – закончил он твердым голосом, отрезая все дальнейшие возможности для дискуссии.

***

– Урод, – прошипел Конрад, вырывая меня из глубокого мыслительного процесса. Он рухнул на стул, покачал головой и запустил руку в волосы, отходя от ссоры с отцом.

Меня переполняли гнев и ярость. Конрад все испортил.

– Не называй его так! Ты, – я не могла подобрать слов, и, сделав глубокий вдох, сжала руку в кулак и ударила брата в плечо.