— Пожалуй, можно почаще играть в мячи-биты. Это игра для благородных, — Граппа принялась объяснять несложные правила.

— Вот и прекрасно! Важно почаще бывать на свежем воздухе. Цвет кожи будет лучше. И высыпаться как следует тоже.

— Аффи говорит, что много спать вред… — Граппа осеклась на полуслове и сморщилась. — Да-да, я уже поняла, что сестра мне много чего говорит. Как только я могла ей верить?! — она обескураженно посмотрела на меня. — Я наивная дура! Она вертела мной, как змея хвостом, а я велась на ее любую подначку: «Граппа, спать так долго вредно для мозгов! Ты не сможешь поддержать светскую беседу», — смешно передразнила она сестру.

Мы обе рассмеялись. Я не обманывалась, подругами нас это не сделало, и эрлина добра со мной только пока считает меня полезной. Этот тип женщин я хорошо знала, потому была настороже.

— Главное, не подавай вида, что ее раскусила, и не выдавай маленькие секреты, которым я тебя обучила, и тогда сестре за тобой не угнаться.

Пообедав, мы еще почти два часа рисовали платья, обсуждая фасоны, ткани, аксессуары, и в конец утомились. Граппа заметно зевала, а я подошла к окну, жалея, что целый день просидела в четырех стенах. Солнце уже не слепило глаза, и я вдруг обнаружила, что этих самых солнц — два! Мать-перемать! Два!

Потребовалось усилие, чтобы не заорать. Я застыла, уставившись на небо и не могла никак принять то, что увидела. Главное не комментировать, делать вид, что так и надо, иначе… Иначе все сразу поймут, что я другая.

— Дракон и Тень уже к горизонту клонятся, — подошла Граппа и тоже выглянула в окно. Жара спала.

— Может, прогуляемся? — предположила я, надеясь, что дочка эрла покажет мне двор замка.

Должна же я изучить его на случай побега. Да и, вообще, никогда не лишнее узнать, где и что находится.

— В другой раз. Сейчас, я все-таки вздремну. Плохо спала эти несколько ночей из-за Аффи и всяких мыслей. На твоем месте, я бы сделала тоже самое. Как ты только перенесла такое путешествие? Я бы после из дома месяц не вышла, — внимательно посмотрела она на меня.

И мне подумалось, что срочно нужно взглянуть на карту для понимания, как далеко расположен Кирфаронг от места, где я нахожусь. Хоть на какую-нибудь!

— Тогда я пойду. Ты права, стоит передохнуть. Спасибо за чудесный день, Граппа, — поблагодарила ее искренне.

Ну а что? Мы вполне мило пообщались.

— Взаимно! Увидимся на ужине, его не принято пропускать.

— Хорошо.

— И да, сделай вид, что мы не особенно ладим, хорошо?

— Не вопрос, — подмигнула я ей.

Проходя мимо клетки экофара не удержалась и приподняла крышку ближайшей вазы. Изнутри тут же раздалось шипение и, взвизгнув, я уронила крышку обратно.

— Там-там… Они жи… жи…

Граппа тихо смеялась.

— Конечно, живые! Экофары не употребляют в пищу дохлятину.

Вернувшись к себе, навестила грустного экофарчика.

— Прости, милый, пока я с пустыми руками, — погладила я птицу по перышкам и улыбнулась. — Зато теперь я знаю, что ты ешь. Осталось только раздобыть… что-нибудь.

— Чиу? — птенец посмотрел на меня с надеждой.

— Вот тебе и «чиво»! — передразнила его я. — Даже не знаю, все такое вкусненькое, что бы выбрать? Интересно, нет ли здесь мышеловок?

Вариант со змеями я отмела сразу, а вот найти мышеловку с уже пойманной мышью показалось не самой плохой идеей. По крайней мере это можно сделать не слишком привлекая внимание. На худой конец можно попробовать накопать червяков. И совсем уж на худой — использовать меч, чтобы наколдовать экофару пищу, но этот способ мне претил категорически. Я читала достаточно книг и смотрела достаточно фильмов про магию, и там говорилось, что за все нужно платить.

Чем заплачу я за то, что сотворила себе одежду?

Сменив экофару питье, побродила по покоям, заглядывая во все потайные углы, за картины, портьеры, под мебель. Простучала стены в поисках потайных ходов, но лишь обнаружила за одним из зимних пейзажей в спальне пару пожелтевших, исписанных красивым почерком, страниц, откуда-то вырванных. Прочесть я не смогла ни словечка, что стало неожиданным открытием, повергшим меня в легкую панику. Я понимала язык, говорила на нем, но символы не желали складываться в слова.

— Что за ерунда? Или, может, это на другом языке написано? Может, на кирфаронгском?

Тут мне вовсе поплохело. А что, если кирфаронгский отличается? Что если меня попросят что-нибудь на нем сказать?

Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу…

Припомнила, что Лиза показывала мне шнурок с колокольчиком, которым можно вызывать прислугу и воспользовалась им. Сработало, или нет, было не ясно. Никакого индикатора «дозвона» у сего устройства не водилось. Но служанка пришла минут через десять, раскрасневшаяся и запыхавшаяся.