Рома встал позади почти вплотную, провёл ладонями по моим бокам.

— Это, между прочим, мои любимые бока, у тебя из-за них такая талия стала выразительная. Какие-то глупости Кира-а-а. Чувствуешь, как я тебя хочу? — толкнулся в меня своим твёрдым «хочу», — Но, если хочешь, могу тебя потренировать. Хочешь? — шепнул мне на ухо так горячо, стягивая с меня домашнее трико вместе с трусиками.

Свободной рукой отодвинул лифчик сжал грудь, он что-то спросил, только что, а я уже забыла и не ответила. Рома задал свой вопрос ещё раз.

— Так как? Хочешь я тебя потренирую Кира-а-а. — горячо и протяжно прошептал моё имя на ухо, ведя рукой по животу.

На это Кира-а-а у меня уже давно был рефлекс. Я моментально возбуждалась и меня несло в мир разврата. Пусть мы уже почти шесть лет женаты, между нами не всегда всё гладко, бывают недопонимания и мелкие ссоры, но это всё равно до сих пор работает и неизвестно, потеряет ли когда-то силу. Наверное, разве что тогда, когда Рома перестанет так растягивать моё имя.

— Хочу да… — упёрлась бёдрами ему в пах, он тоже хочет, но, как и я, явно не тренировок со мной.

Хотя…

— Тогда начнём с растяжки. Запомни Кира-а-а тренировку всегда нужно начинать с растяжки. — повёл рукой между ног по внутренней стороне бедра, и аккуратно подняв одну ногу, уложил её на мраморную столешницу раковины.

Я немного наклонилась вперёд, потому что мне было не очень удобно, в конце-то концов я не балерина.

Рома провёл пальцами по моему позвоночнику, крепкой рукой подхватил под живот. В отражении зеркала любовалась сейчас не им, а тем его обжигающим взглядом на меня. Небольшая заминка с его одеждой, потёрся головкой члена о клитор, и плавно вошёл в меня, до упора. Я опустила голову, отводя взгляд от отражения в зеркале, и прикусила губу, чтоб не стонать в голос.

— Ром… — совсем невовремя, но вспомнила об одной важной детали.

— Кира я знаю… — на выдохе перебивает меня муж.

Вот, вообще, не время выяснять, что он имеет ввиду, но мне уже самой любопытно, так ли мой Удав проницателен на этот раз.

— Ты о чём? — спрашиваю его и снова прикусываю губу, потому что не могу сдержать эмоции и начатый невовремя разговор меня не сбивает вовсе, хотя по идее должен бы.

— О таблетках, а ты разве не об этом? — спрашивает и мощными толчками ритмично таранит меня, сильно, грубо, до предела.

Об этом. — думаю, но не отвечаю ему, потому что опасаюсь перейти на крик и перебудить детей, потому что вот-вот меня накроет оргазм.

И меня затрясло, каждая клеточка тела напряглась, Рома же не останавливался, быстро и жадно догоняя меня. Через проходящую и отпускающую дрожь в теле, почувствовала, как он кончает в меня. После загонит в душевую кабину и будет долго радоваться тому, что я решила больше не пить противозачаточные.

— Но как ты узнал, чёрт возьми?! — спросила у него, оторвавшись от его требовательных губ.

— Кира, родная моя, вспомни, сколько раз, при мне звенел твой будильник с напоминанием о том, что пора принять таблетку. Я уже месяц не слышал этой противной мелодии. — с довольной улыбочкой, поведал мне мой муж.

Роме моя идея повременить с третьим ребёнком до Славкиного детского садика очень не понравилась. Он даже смел предположить, что я его разлюбила и поэтому не хочу от него детей. Пожалуй, это был единственный наш грандиозный скандал за последние пять лет. Но тогда муж сдался, и терпеливо ждал три года, пока я созрею, ни разу не заикнувшись о пополнении.

— Я тебя люблю. — повисла на его шее и исцеловала все его лицо.

— А я тебя люблю. — отсмеявшись после моего нападения, признался он.

Роман

Вечером после ужина в кругу семьи отправился в свой кабинет, нашего нового с Кирой дома, чтоб выпить и немного снять напряжение. Сегодня был именно тот день, который я никак не хотел датировать, но моя чёртова память сыграла со мной злую шутку. День, когда моя Кира чуть не застрелилась…

Приглушил свет, налил в стакан конька, и выпил залпом. Знаю, Кира будет ворчать, унюхав, что я пил, но это очень даже мило, это окончательно отгонит мой страх сегодня.

Впервые я увидел её на фотографиях. Она попала в кадры слежки за очередным больным ублюдком, который за ней же и следил.

— Роман Венедиктович к вам Вячеслав Сергеевич. — заглянув ко мне в кабинет, сообщила секретарша Нина.

Всегда сообщала, хотя отлично знала, что Славе вход в мой кабинет всегда свободный, даже если меня не было на рабочем месте.