Она ахнула, ее глаза расширились и горели желанием.

— Давай снимем с тебя эти смехотворно сексуальные штаны, котенок, — промурлыкал я, спускаясь по ее телу и опускаясь в ногах кровати.

Элла приподнялась на локтях, пристально наблюдая за мной, пока я снимал ее сексуальные каблуки, медленно снимал с нее брюки и отбрасывал их в сторону.

Черт. Она была потрясающей — все мягкие изгибы и гладкая кожа. Я провел рукой по ее ноге, от лодыжки до бедра. Она откинулась на матрас, мое имя с придыханием сорвалось с ее губ.

Я провел руками по ее животу и вниз к бедрам, раздвигая ее для себя.

Ее черные кружевные трусики дразнили меня, умоляя попробовать, поэтому я опустил рот к ее киске, пуская поток горячего воздуха вдоль шва.

— О, Кон. — Она выгнулась ко мне, ища большего. Ее пальцы скользнули в мои волосы, когда я покрывал ее поцелуями с открытым ртом. Я хотел ее горячую и отчаянную, безумную от желания. Я хотел полакомиться ею, пока она не будет умолять, чертовски умолять меня взять ее.

— Еще, — выдохнула она, пытаясь направить мою голову туда, куда она хотела. Но я сдерживался, дразня ее, облизывая и покусывая ее через сексуальное, как черт, кружево.

— Коннер, перестань дразнить меня и прикоснись ко мне.

— Да, мэм, — усмехнулся я, стаскивая с нее трусики и засовывая их в карман.

Я встал, быстро избавляясь от своего костюма вампира. Но я оставил свои боксеры. Если бы она хотела, чтобы я был голым, она могла бы сама раздеть меня догола.

Глаза Эллы скользнули по моему телу, задержавшись на груди. — Так несправедливо, — пробормотала она, и я ухмыльнулся, поглаживая рукой живот.

— Я много работаю, чтобы выглядеть так хорошо.

— Да, да, Морган, расскажи это кому-нибудь, кому не все равно.

— Я думаю, тебе будет не все равно, когда я буду трахать тебя до бесчувствия.

— Коннор, ты не можешь…

Я опустился на колени, закинув ее ноги себе на плечо, и уткнулся лицом в ее киску, облизывая ее.

— Господи Иисус Христос, — простонала она, извиваясь на мне.

Я использовал свои пальцы, чтобы раздвинуть ее, чтобы я мог погрузить в нее свой язык, распространяя ее возбуждение вокруг, прежде чем прижать язык к ее клитору.

На вкус она была как гребаный рай, и что-то поселилось глубоко внутри меня.

Эта женщина была моей.

Однажды я позволил ей ускользнуть от меня, но это больше не повторится.

Я ел ее, пока она не начала стонать мое имя, восхваляя меня, как бога. Пошарив на полу рядом со мной, я сумел дотянуться до своего кошелька и схватить презерватив, подтягивая ее ближе к краю.

— Да, о Боже… да… — Пальцы Эллы до боли вцепились в мои волосы. Но мне было все равно. Наблюдать, как она разваливается для меня, было одной из самых сексуальных вещей, которые я когда-либо видел.

— Отдай это мне, котенок. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь на мой язык. — Я снова погрузил его в нее, потирая ее клитор жесткими маленькими кругами. Ее тело начало дрожать, ее бедра сомкнулись вокруг моей головы, когда она кончила со стоном.

Ползая по ее телу, я поцеловал ее, позволяя ей попробовать себя на моем языке.

— Это было потрясающе, — прошептала она, ее глаза были прикрыты тяжелыми веками.

— Ты еще ничего не видела. — Прижав ее к своему телу, я перевернул нас, усадив ее на себя.

— Коннор…

— Я хочу смотреть, как я трахаю тебя, котенок. Я твой; все, что тебе нужно, бери это.

Нуждающийся стон сорвался с ее губ, когда я немного приподнялся и схватил ее за задницу, притягивая ее прямо к своему члену, позволяя ей почувствовать, насколько я возбужден.

— Твое тело — это произведение искусства. — Элла провела руками по всему моему телу, проводя пальцами по твердым выпуклостям моего живота.

— Моя лучшая особенность примерно на четыре дюйма ниже, — протянул я. Хотя я бы умер таким счастливым человеком, как сейчас, чувствуя ее руки на своей коже и ее улыбку, направленную в мою сторону.

Я даже представить себе не мог, как хорошо было бы снова оказаться внутри нее.

Элла слезла с меня и легко избавила меня от боксеров. Когда она снова устроилась на моих бедрах, она чертовски удивила меня, фистингуя мой член.

— Хм, — промурлыкала она. — Так же идеально, как я помню.

— Ты мечтала о моем члене, детка?

— Не разрушай это, Коннор. — Ее губы поджались, но я увидел озорной блеск в ее глазах. Она накачала меня от корня до кончика. Однажды. Дважды. Добавив небольшой поворот к движению вверх, что заставило меня застонать.