— Вот это… давно хотел, — пояснил он. — Дерзит. Это… Идём лучше чай?.. То есть…

— Компотик! — Рот Леону Келли залепить забыл.

— А в компот вы чего налили, гады? — взревел капитан. — У меня координатор до утра проспал в капитанской!

— Это фрукты такие, — утешил его Гарман. — Повар разрешил. Сказал — релаксант, хорошо успокаивает.

— Ну, вот он и успокоился!

— Зато выспался, — философски заметил Келли.

К каюте подошёл Млич в обнимку с бутылкой коньяка.

— Не хотите компотик — можно чай с коньяком! — тут же нашёлся Леон.

Келли слепил из скотча ещё один бантик и занёс руку, раздумывая, куда приклеить.

Капитан перехватил его руку и вошёл в каюту вместе с зампотехом и бантиком.

И Рос быстро погасил голограммы девушек, словно бы сидевшие вокруг стола вместе с пилотами.

Одна показалась капитану смутно знакомой. Где же он её видел, а?

Он растерянно огляделся, не замечая виновника торжества:

— А где Рэм? Мне сообщили, что он уже двадцать минут, как прилетел?

Капитан развернул над браслетом карту крейсера, но Дерен первым нашёл маячок Рэма.

— В ангаре, господин капитан.

— А что он там делает?

Дерен пожал плечами, и капитан посмотрел на расплывшуюся в улыбке физиономию дежурного.

— Он там новичкам, ну пилотам, которых Ано привёз, лекцию читает про порядки на «Персефоне», — доложил дежурный. — Какой-то зелёный у него что-то спросил, и «па-а-неслась». Парни уже мемов нарезали и в сеть запустили. Вот.

Над браслетом дежурного вздулась голограмма ораторствующего Рэма. Вокруг него столпилось с десяток пилотов-новичков, привезённых Неджелом.

— …В офицерский совет берут по показателям, а не за выслугу лет. Возраст и прочее — роли не играют. Итону — двадцать два года, он — член офицерского совета.

— Да кто его там будет слушать? — возмутился один из новичков.

— Все, — отрезал Рэм. — На офицерском совете сначала говорят младшие. Традиция такая.

Дерен и капитан переглянулись. Рэм и в самом деле знал на крейсере всё. Он на нём вырос. Даже на офицерском совете бывал, прячась «под пузом» у Дерена.

— Вот! — осенило капитана. — Вот он пусть с ними и занимается! А ты!.. — он уставил палец на Дерена. — Ты у меня летишь на три месяца на Аскону!

— На три месяца? — обалдел Дерен. — А зачем?

Он не скрывал удивления. Дежурные на «Персефоне» хорошо знали, какая информация действительно секретная и молчать умели вполне.

— Будешь учить наследницу дома Оникса разбираться в нюансах родового цвета, — ехидно пояснил капитан. — А Рэмка переходит на это время в подчинение замполича. Будет новичков просвещать. Глянь, как они его слушают, мне бы так внимали!

Дерен фыркнул.

— Ты против, лейтенант?

— Ну почему, — Дерен дёрнул плечом. Может, он был и против, но понимал, что возражений от него капитан не примет. — Рэм тут лучше всех знает, как новичку приспособиться к местному бреду. Пусть учит.

— А ты — не вздумай жениться, — пригрозил капитан.

— Я? — потрясённо спросил Дерен. — Жениться?

— Ты-ты, — подтвердил капитан, изображая праведный гнев. — Это мне что, придётся тебя тогда ещё на месяц из графика выводить?

— На какой месяц? — Дерен соображал хорошо, но сегодня явно шла не его тема.

— Да на медовый! — осклабился капитан. — Иди уже, забери Рэма и тащи сюда. А потом отпустишь его на сутки, он мне морально здоровый нужен. А тебе эти сутки — чтобы собраться.

Дерен по-уставному кивнул, развернулся на каблуках и утопал по коридору. Даже не выругался.

«Сдержанный, понимаешь, какой, — подумал капитан, вспоминая, наконец, где он видел девушку, и пытаясь не заржать в голос. Ну, керпи!»

Керпи — дикие свиньи с экзотианской Граны — отличались феноменальной пронырливостью.

Чтобы прорваться в спецоновской лагерь, они обманывали сигнализацию, рыли туннели в бетоне, сжирали всё, что могли разжевать, и минировали по ночам территорию расположения.

Хитрые, вездесущие, упорные и безгрешные в своём живом природном напоре, керпи были образцом жизненной энергии, молодости и желания жить.

Если бы команда перестала напоминать капитану керпи, он бы заволновался, а так…