— Передам.

Капитан Пайел почесал пробивающуюся щетину и подумал, что про женитьбу Дерена на девчонке из дома Оникса Ришату он брякнул по глупости, но, кажется, попал. Морда у главы Торгового альянса была такая наглая, такая хитрая, словно он только что разрулил жуткий скандал и заложил долгоиграющую интригу. А что это может быть ещё, кроме попытки соблазнить Дерена юной породистой аристократкой?

Капитан пытался вспомнить лицо девушки, но не преуспел.

Милое личико Линиаены и физиономии детей быстро вытеснили призрак худенькой голубоглазой экзотианки с рыжими, как лето, ресницами.

«Надо отпустить Рэма в нормальную увольнительную, — подумал он, прощаясь с главой Торгового альянса. — Хотя бы на сутки, на Кьясну, к его девчонке. Пусть размножаются. Кто-то же сказал людям: «Плодитесь и размножайтесь»? А кто?»

— Капитан, — рискнул поторопить дежурный. — Вас ждут в общей каюте.

— Они там ещё не напраздновались? — капитан нахмурился для вида, но встал.

— Рэмка уже почти в ангаре, — пояснил дежурный. — А никто не хочет без вас начинать. Всё-таки совершеннолетие — всего один раз в жизни. Да ещё у ташипа.

Капитан вышел в коридор и пошёл к лифту, мимо разлапистой пальмы, которую поставили у дверей дежурные, украсив её как ёлку.

«…Завтра ещё и День колонизации, — подумал он. — Экзоты его тоже справляют. Надо обязательно отпустить Рэма, вдруг Дерен не догадается мне напомнить? Мало ли чего там ещё натворил этот ташип. У Дерена вечно воспитательные порывы не вовремя… Зануда…»

Дверная мембрана общей каюты была открыта и заблокирована в таком положении, словно бы приглашая гостей.

Из каюты неслось разноголосие, но всех перекрикивал Эмор:

— …Пламенный имперец Рэм Стоун входит в ангар!.. Вы слышите дрожание корабельного брюха? «Персефона», девочка, бойся! Ты слышишь цоканье жутких когтей новорожденного гикарби!..

Капитан остановился перед дверью, пытаясь задавить улыбку.

Команда — звери. Не было боевой задачи, которую не решили бы пилоты с «Персефоны». А ведь и не поверишь: балуются, как дети.

Он прижался к косяку и долго смотрел, как Неджел и Рос с хохотом пытаются затащить в каюту Дерена.

Как на шум выходит Сайсен Айим — здоровенный десантник, из которого можно вылепить четырёх Деренов и останется ещё немного на Рэма.

Как Дерен демонстративно скрещивает на груди руки, и Айим поднимает его под локти, и как манекен уносит в каюту.

Просмеявшись, капитан окликнул Неджела, вполне весёлого и бодрого, чего за ним не замечали с момента «воскрешения».

— Ну? И что тебя вбило назад, в эту жизнь, Ано? — строго спросил он.

Лейтенант улыбнулся немного растерянно. Потом вытянул из браслета длинную бороду списка.

— Их было двести три, капитан. Двести три пилота первого и высшего класса. Я мог бы забрать всех. Но я решил, что грех на душу не возьму — привезти на «Персефону» какую-нибудь откровенную тварь. И поговорил с каждым. Устал как собака, даже тошнило.

— А привёз сто восемьдесят четыре. Не понравились?

— Понравились. Но они не смогли полететь со мной на «Персефону», Анджей. Они меня испугались. Не увезти их я не мог, это было… неправильно. Девятнадцать парней я закинул Драгое, он обещал подумать, куда их пристроить. Но даже те, кого я привёз, очень боятся южан. Мы им уже как чужие. Они впадают в ступор, когда на них смотрят, как ты сейчас на меня, давя волю ментальным накатом. Но деваться им некуда: или в штрафбат, или в прокол без возврата. А я ведь сам с Севера. Я был абсолютно нормальным парнем, пока Юг меня не испортил. А это значит, что мы все здесь изменились. Так чего же бояться себя, если я всегда теперь буду чужой нормальному человеку? И только тут, на крейсере, я всё ещё дома.

— Ну, нет! — возмутился Дерен, выглядывая и ломая пафос этого слишком длинного для пилота монолога. — Меня затащил, а сам?.. Неджел, пошли пить!

Лейтенант глазами показал, что рядом начальство. Дерен поднял голову, увидел капитана Пайела и, ни капли не смутившись, продолжил:

— Заходите к нам, капитан? Мы тут Рэма встречаем.

— Йиланчику? — обрадовался Леон, на свою беду тоже высовываясь из общей каюты. — Или компотику?

— Стоять! — приказал капитан. Леон был старшим среди палубных — дежурных по кораблю. — А ну, кто у меня вчера дежурил?! Или… позавчера?

— А что случилось, кэп? Опять все орехи сожрали? — Леон расплылся в улыбке преданности и обожания любимого начальства.

— Капитан, да ну их! Я их завтра всех контрразведке сдам во главе с Леоном! — высунулся Гарман, уже раскрасневшийся и весёлый. — Иди, глянь, чего парни привезли! Настоящий, алайский прит! Дикая бурда!

— Щас, я ему ещё пару слов скажу!.. — капитан обернулся и увидел аккуратно обмотанного зелёным ремонтным скотчем Леона.

Капитан Келли сделал последний виток, обрезал скотч о край спецбраслета, ловко соорудил из этого же скотча бантик и наклеил дежурному на лоб.