Вопрос вогнал в ступор внезапностью и сутью.

Почему это его заинтересовало именно сейчас?

— Хочешь одолжить?

Мэлл расплылся в ухмылке.

— Думаю, что с ними сделать: спалить или снять?

Его пальцы прошлись по застежке лифчика вниз, вдоль позвоночника. Оттянул край джинс, запуская под них ладонь. Обжигая прикосновением.

— Тебе… — выдохнула в губы, удерживая его за шею. — Так нравится ее мять?

— Не представляешьнасколько.

"Боже, у меня трусы насквозь мокрые".

Мэлл развернул Джул спиной к кровати, вынуждая шагать назад.

Шаг, второй… Икры уперлись в край.

Ладонь выползла из-под джинс, оставляя без тепла. Впрочем, ей и так жарко. Внутри. Снаружи. От близости Мэлла, его беспечной ухмылки.

— Сниму, — коснулся губ нежным поцелуем, лизнул верхнюю губу. — Так даже интереснее.

Рваный выдох сорвался в сопровождении нестерпимой истомы, затягивающей низ живота.

Она никогда не думала, что слова —всего лишь слова— могут иметьтакоевлияние.

Затянувшийся поцелуй вновь служил отвлекающим маневром от мягкого утягивания вниз. Вынуждая опуститься на кровать.

Канаты на миг стянули легкие в безудержном страхе.

Словила этот момент, возвращая себе уверенность, что Мэлл не сделает ничего плохого. Ему важно ее спокойствие, иначе действовал бы по-другому.

Спина коснулась прохладной поверхности, затылок утонул на мягкой подушке.

Под ней — кровать, над ней — разгоряченное тело, лишь с виду пышущее спокойствием. Под ним явно скрывается ураган, ждущий своего часа.

Ощущение клетки, скованности пронзило насквозь. Он не давил, не наваливался сверху весом, и все же сыграло свою роль. Задохнулась, обрывая поцелуй. Впиваясь в голубые глаза напротив.

Спокойные, словно гипнотизирующие.

— Не бойся, малышка.

Он лизнул нижнюю губу, подул на нее, запуская дрожь.

— У тебя есть контроль, — заверил совершенно серьезно, — ты всегда можешь сказать "нет" и я остановлюсь.

Сжала его плечи, боясь пошевелиться. Тело словно превратилось в полено.

Выражение "бревно в постели" обрело смысл.

— Ты уверен, что сможешь остановиться влюбоймомент?

Не то чтобы это непременно потребовалось… но лучше уточнить заранее.

Мэлл выдохнул, неопределенно покачав головой.

— Смогу. Возможно после кого-нибудь убью, но это уже другая история.

Несмешная шутка.

Джул даже не улыбнулась.

Очевидно, что он говорит несерьезно.

Да это и неважно! Главное — он уверен в своих… силах. И почему-то хочется ему верить.

— Ладно, — кивнула, сглатывая вязкую слюну. — Давай… м-м… попробуем.

Поежилась от прохладного покрывала, понимая, что запал ушел. Горячительные эмоции оставили, освобождая разуму путь.

Опережая наступление миллиона сомнений, сотни доводов "встать и уйти", выпалила:

— Поцелуй меня!

Слишком… отчаянно.

Смутилась своего порыва, но… Мэлл совершенно не стесняется произносить все, что думает. То, что хочет сказать. Надо следовать его примеру. По крайней мере наедине с ним.

Можно себе позволить.

Даже если потом будет стыдно.

Он и сам заметил смену настроения, всматриваясь в ее лицо. Видя в глазах то, что видел прежде: просыпающийся страх.

Кажется, за всю жизнь он не целовался столько, сколько за один вечер. И вкус этих губ ему нравился.

Совершенно точно.

Он хотел уже перейти к более активным действиям. Отпустить себя. Не сдерживаться. И не мог.

Это вызывало злость, но она не была направлена на Джул. Она простобыла.

Ладони десятки раз исследовали доступное тело, и теперь хотелось попробовать его на вкус.

Снова.

Более осознанно.

Наслаждаясь моментом.

Сместился с губ ниже, оставляя на подбородке влажную дорожку. Скользя по скуле вниз, на шею.

По ключицам к ямочке. Лизнул, ловя ее судорожный вздох.

Тонкие пальцы впились в плечи. Она выгнулась, подставляя упругую грудь под белым бельем. Снимать пока рано. Чувствовал это.

Смял одну, целуя открытый участок другой. И снова почти беззвучный вздох.