Шрифт:
Мелькнул кристалл Марка, пока ректор увлеченно запускал новые, непонятно на что надеясь.
Мэлл глубоко затянулся, не в силах перестать смотреть на бледное от недостатка кислорода лицо. В расширившихся глазах ужас и страх перед неминуемой смертью.
Хруст шейных позвонков закончил короткое мучение.
Грохот рухнувшего Брэдфорда наверняка встревожил Джул и Мэри, но они не выглянули.
Безжизненное тело отца не вызвало жалости. Лишь сожаление, что он даже не попытался понять чувств сына. Что считал его частью бизнеса и не более.
Ничего внутри не дрогнуло.
Пустота.
Мэлл повернулся к Марку.
Тот плеснул себе виски.
— Без него в Эксмуре станет лучше, — он кивнул в сторону Брэдфорда-старшего.
Этан почесал затылок, тоже налил себе односолодового.
— Скрыть исчезновение ректора… — задумчиво протянул, сделал большой глоток. — Проблем не избежать.
Да, не рядовой парнишка, чья внезапная смерть не вызовет массу вопросов.
Насядут со всех сторон, особенно активизируется папочки. Разволнуются, что не получат свой товар. Будут искать, с кого стрясти потерянные деньги. Немалые. За такие суммы убивают.
Мэлл качнулся с пятки на носок, обдумывая лучший вариант, но такого не существует.
Дно пустого стакана с глухим стуком встретилось с баром, привлекая внимание.
Марк растянул губы в ухмылке.
— Спасайте своих принцесс, рыцари, — он щедро наполнил бокал до краев.
Этан с Мэллом переглянулись.
— Чего? — мулат озвучил общее непонимание.
Марк со вздохом, будто вынужден объяснять очевидное, хлебнул виски.
— У твоей жены долбанутый папаша, ты скоро станешь отцом, — он поочередно посмотрел на обоих. — Вам есть о ком думать и чем заняться. Мне терять нечего, сам с этим дерьмом разберусь.
Он в несколько глотков ополовинил бокал.
— И постарайтесь не сдохнуть, — губы изогнулись в кривой улыбке. — В ближайшие лет пятьдесят точно. Чтоб я не зря за ваши задницы впрягался.
Сигарета заалела, Марк чуть прищурился от дыма.
— Хули вы на меня на как на призрака смотрите?
Этан тоже закурил, как и Мэлл.
— Ты уверен? — мулат не сомневался в словах друга, но не спросить не мог.
— Уверен. Тело с прохода уберем и уходите. Дорогу показывать надо?
Мэлл не чувствовал боли от смерти отца, но четко ощущал ее от надвигающегося расставания с Марком.
Друг как обычно хорошо считал его состояние.
— Земля круглая, еще встретимся, — сжал плечо Мэлла, смотря на друзей по очереди. — Хотели простого человеческого — вот оно, считай под носом. Ваш шанс навсегда забыть про конвейер. Не проебите.
Дым тонкой вуалью ненадолго перекрыл лицо Марка.
— А с Полом что?
Этану было плевать, но не спросить не мог.
Марк неопределенно качнул головой.
— Что-нибудь придумаю.
Эпилог
Теплый морской бриз рассыпал капли по коже.
Легкий загар идеально сочетался с белой одеждой и светлыми волосами.
Под огромным пляжным соломенным зонтом на двух лежаках прятались от солнца Мэлл и Этан. На столике между ними холодная газировка. Стекло покрылось испариной.
— Затрахался уже, хочу в пасмурное и дождливое лето, — проворчал Этан и припал к горлышку бутылки.
Мэлл хмыкнул, наблюдая за бирюзовыми волнами на фоне лазурного неба.
— Попробуй объяснить это Мэри и Джул.
Друг кисло на него посмотрел.
Да, оба пытались. Безуспешно.
— Я хороший муж, — успокоил себя мулат. — Хочет есть манго с утра до вечера на берегу моря — пусть ест.
Мэлл покивал с улыбкой, закуривая.
Со стороны виллы дальше по берегу появились Джул и Мэри.
Легкие платья развевал ветер, играл с волосами, подхватывал и уносил их смех.
Живот Мэри пока был не так заметен, как у Джул. Подходил восьмой месяц беременности, а они не могли определиться, где рожать. В какой стране и в каком городе осесть хотя бы на год.
Джул хотела остаться здесь, в Испании. Здесь же хотела остаться и Мэри. Этан просто не реагировал на эти обсуждения при жене, а после красочно матерился.
Оба наблюдали за женами. За их неспешной прогулкой, загребая ногами песок и воду.
Когда они покинули Эксмур, Джул долго переживала. Боялась, что их найдут. Она слышала тот разговор в коридоре, испугалась и начала постоянно оглядываться, смотреть по сторонам.
Это прошло, но Мэлл лишь сильнее возненавидел отца и конвейер, потому чтоегомалышка жила в стрессе какое-то время.