– Ммм?

– На твоем месте, Перси, я бы серьезно подумал над своим поведением. Мы еще поговорим на эту тему. Когда ты будешь в состоянии разговаривать.
– хлопнула дверь и послышались удаляющиеся шаги. Но едва только он смежил веки, пытаясь заснуть, как кто-то принялся толкать его:

– Перси! Перси! Проснись!
– на этот раз это был Арчи.

– Пшел вон!
– проворчал Перси, стараясь не шевелить головой, распухшей и гудевшей как улей, полный желто-черных ос.

– Перси, тут твой дружок звонит, этот, с кучей денег... Ты бы встал и поговорил с ним, а то Анита с голофона не слезет.

– Что? О, черт... что ему надо?
– Перси опустил ноги вниз и осторожно поднялся, держась за спинку кровати. Его немного пошатывало.

– Откуда я знаю, что ему надо?
– удивился Арчи.

– Ладно, ладно, я спущусь...
– сказал Перси, медленно следуя за своим братом. В гостиной, напротив большого голофона, в красном кресле, обложившись подушками, сидела Анита. Она выглядела на удивление свежей и отдохнувшей. В голофоне обаятельно улыбался Стив, по-видимому, увлеченный беседой.

– То есть, неверно само представление о квантовой природе гравитации. По крайней мере... А, Перси!
– Стив насмешливо отсалютовал ему и снова обратился к Аните:

– Красавица, оставь нас наедине, мужчинам нужно обсудить детали свежевания мамонтов.

– Избавьте меня от подробностей.
– Анита встала и вышла из комнаты, показав Перси язык.

– Ты как, уже собрался?
– подождав, пока она выйдет, спросил Стив. Перси сел, схватился за голову, выждал, пока комната перестанет кружиться и выдохнул:

– А?

– Ну, брат, ты набрался. Надо было поменьше налегать на вино. 'Синнегурда'?

– Угу.

– Зверская штука. Она как кинжал в бархате - сперва мягко, и потом мягко, мягко и мягко. Но рано или поздно ты наткнешься на лезвие. Говорят, что это вино делают из рогозы Улинского, той самой, что с ядовитыми шипами. Надеюсь, хоть шипы они вынули.

– Стив...

– Первый раз вижу тебя в таком состоянии.
– удовлетворенно констатировал Стив, оглядывая его с ног до головы: - Ну-ну, не надо так убиваться. Завари чая с лимоном, попей. Станет легче. Поверь мне.

– Ты позвонил мне только для этого?
–

– Нет. Я хотел тебе сказать, что едем послезавтра. Билеты уже куплены. Мы пройдем сквозь нуль-т портал в Эннисеме, туда доберемся на лайнере компании 'Людвиг ИНК'.

– Какие билеты?

– Перси, ну ты даешь... пить надо поменьше. Или закусывать побольше. Мы с тобой и с Инной Колон едем покорять Прайм-Сити! Ты что, забыл?

– Прайм-Сити?! Стив, отец никогда не...

– Проснись, Перси! Мы с тобой вчера с ним обо всем договорились. Ездили к нему на работу.

– И он... согласился?

– Перси, тебе определенно нельзя пить. Конечно, он согласился. Особенно после того, как ты сказал, что собираешься жениться.

– Что?!

– Вот, что, Перси. Ты как-нибудь сам вспомни все, или там у родных поспрашивай, а у меня еще куча дел. Главное запомни - послезавтра мы едем. Передавай сестре привет.
– Стив подмигнул и исчез. Голофон выдал стандартную картинку 'сигнал прерван'. Скрипнула дверь и появилась Анита. Она покачала головой, глядя на брата. Потом перевела взгляд на голофон.

– Что сказал Стиви?
– спросила она, садясь на диван.

– Стиви, тьфу, Стив передал тебе привет.

– И на том спасибо. А куда это вы собрались?

– Подслушивала?

– Должна же я знать, как свежуют мамонта настоящие мужчины. И все-таки?

– Анита, ты хорошо помнишь вчерашний день?
– уклонился от ответа Перси.

– Спрашиваешь. Я так не пью.

– Что я вчера делал?

– Откуда я знаю. Ты со своей одногруппницей весь вечер где-то шатался. Все пропустили, а там был такой фейерверк, а потом еще приехали Этель и Бьйорк, на Этель было красное платье с вырезом, такая безвкусица. А эта длинная девица из второй подгруппы стала клеится к Бьйорку, кто-то даже автограф попросил. Мы со Стиви ...

– Ох ради бога, Анита...
– простонал Перси: - Не продолжай.

– Танцевали, и прыгали на таких грави-штуковинах, они крепятся к запястьям и потом можно парить над землей, как Руди Ву в голо 'Прогиб в бесконечность', помнишь, они там еще воевали со спрутами.
– продолжила Анита, словно не слыша его.

– Полет.

– Что?

– 'Полет в бесконечность', а не 'Прогиб в бесконечность'.

– Какая разница, все равно они там летали на этих штуковинах, как их там...

– Гравизахватах.