Все это время он успевал и понимал большую часть того, что хотели донести до них преподаватели. Кроме основ астронавигации. Эта наука абсолютно не укладывалась в голове у Перси, он начинал накапливать штрафные баллы, а это была чревато отчислением. Наряд вне очереди - это всего лишь наряд. Побудешь дежурным две ночи подряд, или отработаешь его в спортзале а то и на кухне. Штрафные же баллы заносились в карточку кадета навечно. Самых неуспешных - отчисляли без всякой жалости. Поэтому Перси попросил Эллу Покацки заниматься с ним дополнительно. К их занятиям присоединился и Йол, считавший что вколотить астронавигацию в 'деревенщину из Верхнего сиденья есть настоящий вызов науке и мне'. Как-то незаметно подтянулись Надин и Итан и они стали заниматься все вместе, помогая друг другу. У Надин были проблемы с 'трехмерным ориентированием', важнейшей дисциплине для пилота, Итан отставал по 'средствам обнаружения', Элла и Йол по физической подготовке, а Йол ко всеобщему удивлению также получил полные нули по стрелковой подготовке. Они помогали друг другу. Потому что без дружеской поддержки было очень нелегко. Потому что будущие пилоты должны поддерживать товарищей и учиться взаимопониманию и взаимовыручке. И просто потому, что они уже стали друзьями. Как правило они собирались в комнате для отдыха сразу после отбоя, во время дежурства одного из них. Сегодня дежурила Элла, поэтому она одна была в форме. Остальные были одеты кто во что горазд. Йол был в красной футболке и шортах, Итан в одних трусах, Надин в легком халатике, а сам Перси в майке и брюках. В комнате отдыха было уютно, горели неяркие лампы и пахло свежесрубленным деревом, вдоль стен стояла стойка, на которой курсанты приводили в порядок обмундирование, в углу стоял большой деревянный стол, изрезанный поколениями студентов, инициалы и личные надписи покрывали его сверху донизу, хотя это и преследовалось руководством, однако стол не заменяли. Это была своего рода живая память, неофициальный мемориал. В углу напротив тихо-тихо, едва слышно работало голо, показывая новости.

– Я тебе уже в четвертый раз показываю как курс проложить. Переменная не сигма, а бета. Это не трудно. Почему бета?
– Йол закатил глаза и сжал свою голову.

– Эээ... потому что сфера Мейнхарда аномальная?
– рискнул предположить Перси.

– Что?

– Ну, вот эта закорючка?

– Элла, по-моему проще родить нового, чем выучить этого.
– подумав сказал Йол: - он нашел аномальную сферу Мейнхарда.

– А с этим что делать?
– спросила Элла с другого конца стола. Они с Итаном и Надин занимались решением задач трехмерного ориентирования.

– Этому я думаю уже ничего не поможет.
– сказал Йол: - Ему надо сменить внешность и переправить за границу. А потом застрелить.

– Зачем же мне тогда менять внешность?
– спросил Перси: - Ты думаешь, что я недостаточно хорош и так?

– Нет, ты толстый и глупый. Если мы сделаем тебе операцию, то решим по крайней мере одну проблему. Но, Перси, если честно и между нами, то как ты решаешь задачи по астронавигации, так мог бы быть полным красавцем.

?
– Перси сделал вопросительное лицо.

– Да потому, что ты уже тупица. Осталось только выкраситься в белый цвет и пойти на голо. Как эта, Окки Лоуне. На, возьми еще задачу.

– Руки прочь от Окки!
– возмутились с того края стола: - Ты Джимми и пальца ее не стоишь а туда же. Критикан. И вообще она не блондинка. Крашеная.

– Да, а ты, Надин, знаешь, как называется блондинка крашеная под брюнетку?

– И как же, Джимми-бой?

– Искусственный интеллект!
– покатился со смеху Йол.

– Ха-ха. Смешно. Решайте свои задачи, умники.

– Перси, ну что там у тебя.

– Джимми, я же только что начал!

– Это пустяковая задачка, смотри, развертываем пространство, решаем уравнение Россмана, применяем двойную переменную Гаусса, приводим все к формуле теории общего поля и решаем его. Видишь?
– Йол некоторое время изучал лицо Перси, потом махнул рукой: - ладно, решай по-своему. Но у тебя больше времени уйдет. Так и уснуть недолго.

– А я вообще не понимаю, зачем нам эти задачки решать? Чертов тридцатый век на дворе, компьютеры и калькуляторы вообще отменили?
– проворчал Перси, переворачивая страницу.

– Да по той же причине, по какой нас рукопашному бою учат. Пилот должен все уметь сам. А если компьютер из строя выйдет?
– ответил Йол.

– Да их на любом корабле штук сто, все друг друга дублируют!
– возмутился Перси: - быть такого не может чтобы все одновременно из строя вышли...

– Ну... скажем саботаж? Прокрался диверсант и запустил вирус в сеть корабля.
– нахмурился Йол, придумывая вводную на ходу.

– Да если уж диверсант пробрался в сеть, то ему проще команду на самоуничтожение реактора ввести и все дела. И потом - если даже все компьютеры врут, то как ты увидишь ошибку? В уме посчитаешь?!
– парировал Перси.

– Отстать от меня, толстый. Я откуда знаю, зачем пилотам задачи решать. Может хотят чтобы такие как ты хоть немного мозги напрягли. Заткнись и решай молча.
– Йол постучал линейкой по краю стола: - а то у нас зачет на носу, а ты тут философствуешь...

– Эй, Джимми, Перси, тут Надин подала идею.
– сказали с того края стола.

– Ну? Перси, ты не отвлекайся. Решай-решай.

– Она говорит, что можно устроить праздник после выпускного.

– Ты шутишь? Да выпускной сам по себе уже праздник!

– Нет, она имеет в виду нашей маленькой компанией.

– Нет, я не против конечно, но что мы будем делать? Я и города-то толком не знаю. Потом, думаю мы все разбежимся кто куда. Правда.

– Джимми, ты пессимист.

– Я скептик.

– Ты козел. Ты не веришь в наше братство.

– Да пошли вы все. Я верю в реальность. Как только у нас на руках появятся дипломы, а на петлицах вырастут крылышки, так сразу же появится куча неотложных дел. Приедут родственники, появятся старые знакомые и все такое. Не хочу никого обидеть, ребята, но мы все здесь чужие друг другу. Я изучал психологию. Это у нас вынужденное, ну, типа для выживания в незнакомой обстановке. Держимся вместе и все такое.