— Всего лишь царапина, — пробормотал Гаррет, не открывая глаз.

Рори прижал пальцы к шее Гаррета и замер.

— Черт, пульс медленный. Слишком медленный.

Я стянула бинт с пулевого отверстия Гаррета под ключицей.

— Там.

Шериф Кроу наклонил Гаррета вперед и уставился на выходное отверстие:

— Рана на выходе чистая, но он потерял много крови.

— У меня было достаточно лекарств в аптечке, чтобы облить её спиртом и перевязать бинтом, но я не могла остановить кровотечение. И хрип в легких стал хуже, — проговорила я и заправила Гаррету волосы за ухо.

Он откликнулся на моё прикосновение и потянулся за рукой:

— Рыжик!

— Рыжик? — переспросил шериф Кроу.

— Так он меня называет.

Я хотела снять мокрую рубашку до конца, но потеряла равновесие и упала на пол рядом с Гарретом.

Шериф Кроу схватил меня за локоть и заглянул мне в глаза.

— Рори, отведи её наверх и согрей. Она выглядит так, будто сама вот-вот упадет.

— Нет, я в порядке, — ответила я, покачав головой, и взяла Гаррета за руку.

— Нет, ты не в порядке, — проговорил шериф, в глазах у него появилось беспокойство. — Рори, давай.

— Да, сэр.

— Я подожду скорую. Надеюсь, она скоро приедет, ждем, — проговорил шериф Кроу, который рылся в спортивной сумке, пока Рори помогал мне подняться на ноги. — А я пока проверю его рану. С ним всё будет в порядке.

Рори поддержал меня и повел к лестнице.

— Подождите, — шериф Кроу оторвался от сумки. — Вы кого-нибудь видели? Есть какие-то мысли, кто попытался стрелять в вас?

— Нет.

— Могло ли это быть еще одним несчастным случаем на охоте? — уточнил он, снимая шляпу и бросив её на маленький диванчик. — Случайный выстрел?

— Это было бы возможно, если бы был всего один выстрел. Но их было два.

Он покачал головой.

— Я начинаю задаваться вопросом, почему я взялся за эту работу. Что, черт возьми, здесь происходит?

Моя нога ударилась о нижнюю ступеньку, и я споткнулась. Я оперлась на Рори, пока он помогал мне подняться по лестнице. Раздавшаяся вдалеке сирена обещала помощь Гаррету, и я, наконец, смогла перевести дух, без страха, переполнявшего меня

— Я должна поехать с ним.

Рори обнял меня за талию, и так мы преодолели остаток пути вверх по лестнице в мою комнату.

— Посмотрим, что скажет шериф.

Я начала снимать пальто, затем взглянула на Рори.

Его лицо поникло, и он отвернулся к стене.

— Дай мне знать, если тебе понадобится помощь, — проговорил он таким тоном, будто всё ещё сохранял некоторую надежду, что увидит меня обнаженной.

Я рухнула на кровать и стала медленно стягивать одежду, пока не дошла до майки. Вой сирены стал оглушающим, а затем стих. По лестнице доносились голоса, и меня охватило облегчение. С Гарретом все будет в порядке. Я закрыла глаза, и мой мир померк.

Последнее, что я слышала, был голос Рори:

— Чёрт, тебя тоже задело.

***

— Рыжик?

Пальцы погладили моё лицо, спустились по подбородку и к шее.

Я поморгала, просыпаясь. Вдохнув специфический запах лекарств, я поняла, что я в больнице, а легкий свист аппаратов подсказал мне, что моё сердце всё ещё бьется.

— Гаррет? — позвала я, повернулась и увидела, что он сидит рядом со мной в инвалидном кресле. Вокруг его глаз образовались темные круги.

— Слава Богу, — он поцеловал тыльную сторону моей руки, его губы были намного теплее, чем когда я в последний раз прикасалась к ним.

Воспоминания о наших последних моментах вместе ударили меня как будто кулаком.

— У тебя все нормально? Ты потерял так много крови, — проговорила я и поняла, что он одет в такой же больничный халат, что и я, а на шесте рядом с ним был пакет для капельницы, прикрепленный к его руке.

— Я в порядке. Я выкарабкался благодаря тебе.

Он провел большим пальцем по моим губам. Они казались сухими и потрескавшимися.

— Как долго мы здесь? — спросила я и сильно заморгала, пытаясь избавиться от плавающих предметов перед глазами.

— Всего несколько часов.

— Мистер Блэквуд, пожалуйста, — услышали мы голос. В дверях стояла медсестра, скрестив руки на значке. — Нам нужно это сделать.

— Всего минуту, — ответил он. Его голос был еле слышен. — Мне нужно было её увидеть.

Я села, но боль в плече заставила меня упасть на подушки.

— Проклятие! — выдохнула я, когда боль утихла. — Чего она хочет?