Я высвободила руку и принялась ковырять ногти, разглядывая заусенцы на большом пальце.

— Ты мне нравишься, но отношения — вещь очень сложная.

— Ты права, сложности — не мой конёк, — кивнул он.

Я сглотнула, испытывая странную признательность за ноющую боль в груди. Узнай я это позже, мне было бы значительно хуже.

— Глядя на то, как ты спишь, я всё думал, почему тот факт, что ты ждёшь ребёнка от кого-то другого, ничего для меня не меняет. Странно, но я не могу выкинуть тебя из головы.

— Мне кажется, будет лучше, если я буду одна. Глупо кидаться из одних отношений в другие. К тому же, мы толком не знаем друг друга.

— Ну, так узнай меня. И позволь получше узнать тебя. Мы не случайно оба оказались здесь.

— Ты, никак, веру обрёл, Трекслер? — выгнула я бровь.

— Нет, — помотал он головой. — Я обрёл тебя.

Я почувствовала, как щёки залил румянец, и ткнула в них пальцем.

— Вот видишь? Я не хочу быть краснеющей, витающей в облаках, глупенькой девочкой.

— Это не про тебя, Дарби. Всё может быть так просто. Давай… давай просто попробуем.

— Мне нужен план. Я не могу больше действовать по наитию.

— С чего ты взяла, что мы действуем по наитию? Я весьма целенаправленно сижу в этом богомерзком кресле, чтобы быть так близко к тебе, как ты позволишь, — признался Трекс, улыбаясь, отчего моё сердце забилось быстрее. Интересно, когда я отказываюсь впустить кого-то в своё сердце, даю ли я возможность Шону по-своему контролировать меня? Чего я хочу на самом деле?

— Сейчас вернусь, — сказала я, встав с кровати и направившись в ванную. Тихо прикрыв дверь, я уперлась в неё ладонями и прижалась лбом к полому деревянному полотну. Я много мужчин повидала на своём веку — среди них были и хорошие, но в большинстве своём — плохие. Трекс сидел в той забегаловке с вдовой своего лучшего друга, а затем приглядывал за спящей беременной женщиной, держа её за руку, и вовсе не потому, что рассчитывал на что-то. Огонёк вожделения в глазах мужчин был мне знаком. Трекса тянуло ко мне, но он не пытался меня покорить.

Достав зубную щётку, я включила кран. Пока я чистила зубы, я напомнила себе, что хоть я и терпела выходки Шона, но глупой меня не назовёшь. Я всё ещё могла принимать правильные решения, и Трекс… он хороший человек, я в этом не сомневалась.

Сплюнув зубную пасту, я ополоснула рот и вышла из ванной.

— Ты всё ещё здесь, — заметила я.

— Хочешь, чтобы я ушёл? — спросил он, выпрямившись в кресле.

Я села на кровать и подползла к изголовью, протянув ему руку. Он застыл в нерешительности, глядя на мою руку.

— Сам сказал, что хочешь быть так близко ко мне, как я позволю. Двигайся ближе.

Трекс медленно встал и, глядя на меня, скинул ботинки. Взобравшись на кровать, он улёгся рядом со мной. Уставившись мне в глаза на пару секунд, он вытянул шею и поцеловал меня в щёку. Его лоб коснулся моего виска.

— Я так рад, что с тобой всё хорошо, — прошептал он, а затем вздохнул с облегчением.

— Ты и впрямь подумал, что я умираю?

Осторожно притянув меня к себе, он зарылся лицом мне в шею.

Давно я не испытывала такого умиротворения, когда меня обнимали. Мне показалось странным лежать просто так, и я положила руку ему на спину. Машинально я начала водить ноготками вверх-вниз, от края его джинсов до лопаток. В памяти возник тот вечер, когда я изо всех сил старалась расслабить своё тело в надежде, что лежащий рядом Шон уснёт и позволит текиле и ярости выветриться, прежде чем они сдетонируют. Я замерла, прижав ладонь к пояснице Трекса. Шон настаивал, чтобы я так делала вечерами, пока он не уснёт, и сейчас мне хотелось быть как можно дальше от его прихотей.

— Привычка? — спросил Трекс.

— Потребуется время, чтобы от неё избавиться.

— Не спеши. Я побуду рядом.

— Хорошо устроился? — хихикнула я.

— Лучше не бывает. Не уверен, что смогу пошевелиться до конца выходных.

Я прижала подбородок к его волосам. Я так долго позволяла Шону относиться ко мне по-скотски, что теперь не понимала, почему не могу позволить Трексу обращаться со мной так, как я того заслуживала. Прикрыв глаза, я расслабилась, приглушив возгласы протеста в моей голове и все те опасения, которые предвещали что-то плохое. Есть что-то забавное в опасениях — вы не можете точно определить, пытается ли ваше подсознание предостеречь вас от прошлых ошибок или от будущих.