— Она моя, — ответила Дарби после секундной заминки.

— Она? — переспросил Шон, глаза которого заблестели. — Это девочка?

Дарби кивнула.

— Крольчонок…

— Вали к херам отсюда, — рявкнул я. — Она не поедет с тобой домой. Она не вышла за тебя, потому что ты драчливый кусок дерьма.

— Ты знала, что он был морпехом, Дарби? — спросил Шон, указывая на меня. — Ты хоть представляешь, сколько людей он убил? Тебе известно, почему он на самом деле расстался со своей бывшей девушкой? С ней он был не столь любезен. Спроси его как-нибудь, хотя он вряд ли скажет тебе правду.

— Какого чёрта ты несёшь? — возмутился я.

— Тебе известно, как именно погиб его лучший друг?

— Иди на хер, — ответил я.

— Он лживый скользкий ублюдок. Можешь не ехать со мной домой, но этот парень тебе тоже не нужен. Он отнюдь не такой, как ты думаешь.

Покрасневшие заплаканные глаза Дарби молили меня всё отрицать, но я не мог отрицать, что был морпехом, и потому она не поверит во всё остальное. Её нижняя губа дрожала, но затем она посмотрела на Шона и снова потянулась к телефону.

— У тебя десять секунд, — сказал Дарби, набрав три цифры.

— Ладно, — сказал Шон, подняв руки.

Я слышал голос диспетчера на том конце провода: «Девять-один-один, что у вас случилось?». Дарби наблюдала за тем, как Шон уходит. Белый седан выехал с парковки. Диспетчер повторила вопрос.

— Э-эм… Я звоню из гостиницы «Колорадо-Спрингс». Тут пара ребят вели себя неадекватно, но они ушли, как только я вам позвонила.

Дарби в общих чертах обрисовала ситуацию, не став упоминать, что Шон был её бывшим парнем. Повесив трубку, она прикрыла рот рукой, стараясь выровнять дыхание.

Я потянулся к ней, но она отстранилась от меня.

— Твоя очередь.

— Дарби…

— Я ухожу, — её голос дрогнул. — Вещи заберу позже. Буду признательна, если тебя в это время не будет дома.

— Нет, перестань, — взмолился я. Я не знал, что ещё сказать. Я старался сохранять внешнее спокойствие, но внутри у меня звучали сигналы тревоги, мелькали флаги и раздавались крики; паника вот-вот накроет меня. — Не верь ему, Дарби. Не позволяй ему сделать это с нами. То, что он сказал — неправда.

— Что именно?

Дарби не кричала. Её тихий голос был лишён всяких эмоций. Я редко когда испытываю неподдельный страх, но в данный момент я был просто в ужасе. Дарби говорила со мной и держалась так, словно мы были чужими.

— Я был морпехом, — начал я.

— Слишком поздно.

— Про Лауру я сказал тебе правду, — выпалил я. — Мэтт погиб, спасая наш отряд. Он бросился на гранату. Я не сказал тебе, что был морпехом, потому что все подряд в этой гостинице знали, что ты упорно не желаешь встречаться с определённым типом парней.

— Слишком поздно.

— Когда ты рассказала мне про Шона, я побоялся раскрыть тебе правду о своей военной службе. Я боялся, что ты не захочешь меня видеть. Даже когда ты нормально отнеслась к тому, что я был федеральным агентом. Даже когда ты предупредила меня быть честным с тобой. У меня была сотня возможностей раскрыть тебе правду, и каждый раз я медлил, поддаваясь страху потерять тебя.

— Уже. Слишком. Поздно.

Дарби не плакала. Она приводила в порядок своё рабочее место, словно меня не было.

— Детка, — взмолился я, направляясь к ней.

Дарби повернулась ко мне, выгнув бровь и молча давая понять, чтобы не приближался к ней.

— Нам хорошо вместе, — нервно сглотнул я. — Всё это… это — моё прошлое, Дарби. Ты — моё будущее. Мэдди — моё будущее. Мы поженимся. Вы обе возьмёте мою фамилию. Мы будем счастливы. Это всё будет неважно спустя много лет.

— Потому что мы будем знать только то, чем ты решишь с нами поделиться?

— Нет, потому что мы любим друг друга, мы будем счастливы, и наши дети тоже.

— Тебе лучше уйти, — сказала она, вернувшись к работе.

— Ты сказала, что мы в этом вместе.

— Для меня так и было, — сказала она. Наконец в её глазах отразились хоть какие-то эмоции. — Я просила лишь быть со мной честным. Ты не можешь доверить мне правду, а я не могу быть уверенной, что ты говоришь мне правду. Я так не могу. Не могу. И плевать мне на то, какой очаровательный у тебя дом и сколько времени я потратила на то, чтобы обставить детскую и на то, как сильно я тебя люблю. Мэдди заслуживает лучшего, как и я.