Финч бросил взгляд в окно, которое покинула мадам Клара. Носатый высунулся из него и глядел, казалось, прямо на детей.

Мальчик вздрогнул, но почти сразу понял, что тот глядит не на них, а вслед няне. В любом случае существо в зеленом шлафроке тут же нырнуло обратно в комнату, закрыло окно и, задвинув шторы, скрылось из виду.

Мадам Клара вскоре спустилась на землю и покатила свою коляску обратно к выходу из переулка. Дети переглянулись и бросились следом.

Домой няня отправляться пока что явно не собиралась. Должно быть, у нее были здесь еще какие-то дела, поскольку она шагала все глубже в Гротвей…

…Снег заметно усилился.

Арабелла шла и бурно возмущалась из-за того, что ничего не понимает, а Финч был погружен в собственные мысли. Его не отпускало ощущение, что когда-то он уже ходил по стене, прямо как мадам Клара! Ходил вместе с ней! Но как это возможно?! И даже не нарушение законов физики, а… забыть об этом. Как вообще можно о таком забыть?! А эти существа… Сперва был голый толстяк со скамейки на аллее, затем — сумасшедший бродяга Рри, теперь вот этот в окне. Кто же они такие?..

Финч изо всех сил старался вспомнить: «Ну, давай же! Давай! Вспоминайся! Вспоминайся! Ты уже шел по стене дома. Вместе с мадам Кларой. Когда это было? Не знаю. Окна светились? Да! Точно светились! Был вечер или ночь. Мы куда-то шли… Но куда? Поднимались? Да, поднимались вверх. Кажется, я перешагнул трубу пневмопочты. Мы шли в сторону крыши. Переступили карниз и пошли по черепице. Скользкая черепица…»

Финч вдруг почувствовал, что вот-вот вспомнит. Он почти-почти вытянул свои воспоминания из колодца забытья за тонкую нить. В его голове на мгновение застыл отчетливый образ: мужчина в пальто цвета снежной ночи держит сверток с ребенком… мужчина в пальто цвета снежной ночи прыгает с карниза и превращается в снег. А еще…

Нить внезапно порвалась. Размышления Финча кто-то грубо и резко прервал.

— Эй! — дернул его за рукав рыжий и курносый кто-то. — Ты меня слушаешь?

— Да-да, — Финч поглядел на подругу. Он чувствовал себя так, словно очнулся от сна, длившегося неделю.

— Ты понимаешь, что происходит? — спросила Арабелла.

— Ты о чем?

Финч сейчас будто пребывал в двух местах одновременно. В одном — он все еще находился на крыше с мадам Кларой и глядел вслед исчезнувшему в снегу мужчине, а в другом — следовал за мадам Кларой вместе с Арабеллой. Рыжая девчонка между тем все сильнее захватывала его внимание, будто перетягивала на себя теплое одеяло, заставляя его пятки мерзнуть. Чем больше было ее, тем меньше было воспоминаний.

«Проклятье! — с досадой подумал Финч. — Я же был так близок!»

Арабелла тем временем рассуждала вслух:

— …И поднялась по стене. И как это возможно? Хотя это ведь мадам Клара — она всегда была чуточку… странной. Но все равно! Чтобы такое! А ты чего молчишь и хмуришься? Странно, что ты не возмущен и не удивлен, как я! А ну признавайся! Ты возмущен и удивлен, как я? Или нет?

— Почти, — не стал вдаваться в подробности Финч.

— Но кто это был в комнате?

Финч задумчиво глядел на идущую по улице впереди, всего в двух дюжинах ярдов от них, няню с коляской.

Мимо нее прошла женщина, также катившая коляску. Поравнявшись с мадам Кларой, она вежливо кивнула ей — мадам Клара ответила.

— Мадам Клара связана не только с Рри, — сказал Финч. — Эти носатые…

— Но кто они такие? — Арабелла засопела. Ее всегда раздражало, когда она чего-то не знала или не понимала. — Откуда взялись? Кто? Они? Такие?

— Жители города, — ответили губы Финча, не спросив самого Финча. Это были не его слова… Но кто же их говорил? — Такие же, как я и ты.

— Что? — удивилась Арабелла. — Откуда ты знаешь?

— Мадам Клара… — пробормотал мальчик и потер виски. — Она мне сказала.

— Когда сказала?

— Не знаю. Я… я забыл.

— Как такое может быть?

Мальчика посетила неприятная догадка. Если мадам Клара ходит по стенам, что ей стоит…

— Она стерла мне память.

— Что ты несешь?

— Нет! Серьезно! Я уже однажды ходил по стене вместе с ней. Я смотрел в окна под ногами. Я помню стариков в какой-то комнате, помню девушку, играющую на виолонтубе, помню, как переступал трубу пневмопочты и карниз. И мы шли по крыше…

— И когда это было?

— Недавно… Я не знаю. Я помню только обрывки. Вспоминаю обрывки…

— Ты меня пугаешь, — сказала Арабелла, пристально глядя на Финча.

— Мне самому страшно, — признался он.

Мадам Клара свернула в очередной неприметный переулок. В него выходили двери черных ходов домов и наклонные люки погребов лавок. Здесь горел всего лишь один фонарь — на кованом крючке, торчащем из дальней стены в тупике.

Дети уже приготовились к тому, что няня вот-вот снова начнет взбираться по стене, но она сделала кое-что совершенно иное. Хоть и не менее удивительное.