Собравшись, я вышел и уселся на крыльцо, смотря в голубое небо. Сегодня солнечно, именно поэтому в ближайшие несколько часов и полетим, пока есть окно в сезоне дождей.

Мелькнула тень, и скрипнул гравий дорожки возле дома под драконьим телом.

— Улетаете?

— Мы выполнили, что необходимо, — пожал я плечами. — Меня дома ждёт много дел.

Красный немного помялся, но, всё же, кивнул на свои искалеченные крылья и осторожно спросил:

— Скажи, способна ли Фиона помочь с этим?

— Способна. Но не сейчас. Ты зря тянул, — пожал я плечами, видя, как дракон довольно прищурился.

— А мне и не требуется быстро. Дед остался там, моя сила пока важна роду.

— Обратись, когда она будет тут в следующий раз. Поможет.

Хвостатый повеселел и, поклонившись, с чувством произнёс:

— Благодарю! Чистого неба! И не забывайте, у вас тут есть друзья!

Я с улыбкой кивнул, смотря ему в след, а после, вернувшись в дом за мешком с вещами Фионы, неспешно отправился в сторону самолёта.

Спустя час мы уже летели выше облаков, собираясь к вечеру добраться до первого из островов с посадочными полосами.

Отпуск на драконьем острове закончился. Впереди меня ждут отчёты, ведомости и чужие проблемы. Хотя и не все из них чужие.

В очередной раз смерив взглядом бесценную белокурую макушку впереди, вздохнул.

— Элеонора меня убьёт…

Внизу виднелась взлётная полоса возле Бродно, знаменуя окончание пути. Сам полёт прошёл без приключений, правда, чем ближе к дому, тем сильнее задумывался, что я буду говорить Элеоноре.

«Дорогая, это больше не повторится?»

Почесав щетину на подбородке, кинул взгляд на Фиону и вздохнул. Нет. Точно повторится и, надеюсь, не один раз.

«Милая, я привёл в дом вторую жену?»

Тоже не то. Или, может, строго:

«Элеонора, мы привезли полтора миллиона?»

Такие вот мысли, далёкие от государственных забот, мелькали у меня в голове, пока самолёт заходил на посадку.

Внизу, кроме аэродромной команды, нас никто не ждал, что заставило очередной раз задуматься о необходимости налаживать связь.

Работы в сторону радиосигналов ведутся, но не уверен, что раньше даст результат: магические разработки или классический техногенный путь. В мане наши исследователи не ограничены и теперь способны использовать многое из докатастрофных наработок. Жаль, что на данном этапе научной мысли я могу только обрисовать возможности и поставить задачу. На остальное не хватает знаний.

Колёса ударились о бетон полосы, и самолет, пару раз подпрыгнув, покатился в сторону ангара. Дальше всё привычно уже: откинутый колпак кабины, приветствия аэродромной команды, туалет, и вот стою возле поданной машины, планируя ехать в город.

— Останусь тут, необходимо осмотреть технику, — уведомила меня Фиона.

Я кивнул, стараясь скрыть облегчённый выдох, не очень хочется сразу после дороги общаться по поводу богини с Элеонорой.

Разместившись внутри машины, приказал водителю:

— В казармы гвардии.

Мы тронулись, держась позади ещё одного авто с охраной. Я исподволь ловил на себе любопытные и немного испуганные взгляды водителя через зеркало заднего вида. Неудивительно. Из зеркала на меня смотрел хмурый, здоровый, частично седой мужик, разменявший шестой десяток, по лицу которого пробивались налитые тьмой кровеносные сосуды.

Зрелище достаточно неприятное, но, чтобы убрать следы скверны из облика, мне требуется приложить много сил, и они вернутся практически сразу, стоит отвлечься. Я не парюсь по этому поводу, меня терпят таким мои женщины, а большего и не нужно. Кто-то незнакомый испугается, но как-то пофиг. Вся страна знает, что я такое.

За всё время в дороге водитель так и не решился ничего спросить, что, возможно, тоже плюс специфической внешности. Ехать оказалось недалеко, и спустя десять минут машина остановилась перед комплексом домов, возведённых вдалеке от города. Выйдя из машины, улыбнулся, глядя на строй крепких парней перед собой.

Два быстрых шага, и я положил руку на плечо одному из бойцов, вытягивая энергию. Гвардеец скрипнул зубами, привычно давя ярость, но, по мере снижения запаса скверны, расслабился и прикрыл глаза.

Оглядев остальных и встряхнув ладонью, сбрасывая фантомные ощущения прошедшей силы, приказал:

— Следующий!

Им стал Аяз, набравший за то время, что мы не виделись, массу и, заодно, скверну в лучших традициях моего состояния до того, как я получил разрыв сердца. Но, в отличие от меня, у них таких сильных повреждений тела не было.