— Нет. У меня смена в кафе с восьми. До семи примерно свободна, можем погулять.

— В кафе?

— Да. — Она смущенно улыбается. А я сцепляю челюсти, представив на пару мгновения, как на девочку могут пялиться посетители. Вспоминаю себя, как вылетел с сигаретами от утекшего вниз мозга. — У меня хоть и бюджет, но на одну стипендию не протянешь.

Стоп. У нее же есть брат. Я читал об этом в пересланных отчетах Барса. И брат более чем состоятельный мужик. Неужто совсем не может помочь сестре? Очередной вопрос без ответа. Девочка — загадка.

— Итак, кафе. А почему не что — то более легкое? В плане физики. Ведь наверняка устаешь, бегая вечерами.

— Ну да, бывает, что на ходу засыпаю. Но у меня без вариантов. Днем я не могу, потому что во вторник и четверг езжу к детям как репетитор.

Я в шоке. В моем мире таких девчонок точно нет. И сейчас я как никогда жалею, что мы совершенно из разных вселенных. Если бы я был бы из ее… Незначительная частица «бы», а сколько же смысла в себе несет.

Разговаривая, двигаемся в сторону какого — то парка. Подходим ближе, и я могу прочесть: «Самарский Зоологический парк».

— Почему сюда?

Пожимает плечами.

— Просто люблю его. Давно уже не была. Вообще люблю животных.

Пока осматриваюсь вокруг, Саша куда — то ныряет и несет два билета. Несносная девчонка!

— Ты что сделала? — Киваю на картонки в ее руке.

— В Санкт — Петербурге Вы меня везде водили, а сейчас Вы мой гость.

Упрямая.

Два дня пролетели как один миг. Пунктуальная и щепетильная Саша прогуляла один день учебы, посвятив его мне.

— Ты чего сверкаешь как начищенный чайник? — Серый легок на помине. Звонит вечером по видео.

Да — да, мне и самому смешно. Посмотрю на Барсика, когда ему прилетит такая ответка. Как он сиять будет.

— Назад когда? Тут груз скоро подойдет. Твое присутствие обязательно, сам понимаешь.

А вот и действительность подъехала. И хоть сейчас риски довольно минимизированы, но род деятельности не даёт расслабиться.

— Завтра выезжаю.

— Выезжаю? — Повторяет друг. — Это значит, один? Отказалась?

— Не совсем. Хочет закрыть здесь сессию, с работами решить.

— Слушай, а чего она брата не попросила перевести ее? Чего сидит так далеко?

— Самому интересно. На двух работах вкалывает. А могла вообще в потолок плевать.

— Не, ну сейчас понятно, а раньше да…

— А вот сейчас мне непонятно?

— Шамиль, ты, бля, чего обкурился там? Доки все читал?

Смотрю. Жду. Нет, читал не все. Наизусть выучил выписку из карты и протоколы. Которые слишком быстро закрыли.

— Не все. Ну? — Тороплю Серегу, а то он долго может кота за яйца тянуть.

— Что с реакцией, друг? Севера помнишь? Он — родной брат твоей нимфы. А он…

А за ним сейчас настоящая охота. Парень гений в своем деле. Мало того, что с технологиями на «ты», еще и схемы выдает филигранные.

— Я понял. Ладно, Серег, переварить надо. Да и выезжать рано.

— Давай. Приедешь, все расскажешь.

Отбиваюсь и прикрываю локтем глаза. Как я вообще мог пропустить, чья Саша сестра? Ведь читал же про брата. Пора бы включать голову, которая рядом с этой девочкой не хочет работать.

Саша.

Не знаю, где нахожу смелости, когда позволяю Давиду все эти нескромные ласки и прикосновения. Рядом с ним теряю голову. Готова раствориться в нем без остатка.

Мысль все разорвать и уйти в эти мгновения кажется совсем бредовой. Но потом из подсознания выплывают вопросы, которые я задавала сама себе. И ответа на которые найти не смогла…

Мне страшно, несколько раз ловлю себя в моменте еще немного и отключусь. Но настойчивые губы мужчины возвращают на землю. Несет свет в мою жизнь. Дарит эмоции, заботу… И я бесконечно благодарна за все, что он делал для меня и продолжает делать.

Я правда хотела вчера это сделать. Исчезнуть, чтобы не нашел. Потому что я совершенно не уверена в своих силах. Но и оставаться у меня нет прав. Я уже получила свой кусочек счастья, узнала, каково это — быть любимой. Но я хочу и дальше сохранить это воспоминание в сердце. Не хочу видеть разочарование и равнодушие в глазах любимого мужчины. Я не смогу это пережить.

Или жалость… Он ведь до самой макушки честный и благородный. Не оставит и не бросит. Будет мучиться, съедая себя мыслями и мечтами о невозможном…