– Ну, в общих чертах, – наконец, сказал он.

– Папу выписывают завтра утром. Думаю, он не особо обрадуется встретить незнакомого парня в своем халате на кухне. У меня просьба – если ты хоть немного меня уважаешь, не надо больше приходить по ночам.

Воронов громко выдохнул. Он несколько раз моргнул и при этом покачал головой.

– Если ты так хочешь… – прошептал, еще сильнее сведя брови.

– Да, ты ведь сказал, что все будет как раньше. Так что увидимся в школе.

– Увидимся в школе, – повторил, и, поднявшись из-за стола, на ходу избавился от халата, потянувшись к джинсам и футболке, свисающим со спинки дивана.

Хорошо, что я предусмотрительно отвела взгляд.

– Алина, если тебе что-то понадобится…

– Я выучила эту песню наизусть, но пора учиться быть сильной. Поспеши, столько девчонок мечтают быть спасенными тобой.

Кивнув, он, не оборачиваясь, покинул мой дом.

Убрав грязную посуду в посудомойку, я быстро оделась, поспешив в школу. В глубине души надеялась, что Воронов сегодня забьет на учебу, дав моей нервной системе хоть небольшую передышку.

Но, куда уж там…

Где бы я не находилась – чувствовала его присутствие, будто какой-то внутренний радар срабатывал. Однако я старательно его избегала. Повезло, что Ксю не было, и на всех уроках я сидела с Мариной.

– Аль… А-аль…

– Что? – с трудом сфокусировалась на хитром лице блондинки.

– Воронов всю пару на тебя таращится.

– Правда? – недоверчиво переспросила.

– Ага. Смотрит так, будто вы, по меньшей мере, провели ночь вместе. И занимались отнюдь не тригонометрией… – она хмыкнула.

Ластик выскользнул у меня из пальцев.

– Я чего-то не знаю? – не унималась одноклассница.

Повернув голову, я напоролась на прямой беспощадный взгляд Кирилла. Щеки зарделись. Его карие глаза – пули. Они держали меня на мушке, пронзая с такой силой, что задрожали коленки.

Вернувшись домой, я развела активную деятельность на кухне. Папа сообщил, что выписывается завтра утром. Решила встретить его со всеми надлежащими почестями, среди которых были жареные ребрышки, мой фирменный «Цезарь» с перепелиными яйцами и лимонный кекс.

Не вполне была уверена, что ему теперь все это можно, ну, а вдруг? Папа сам говорил, что устал от диетических больничных каш и супов. В общем, я решила организовать достойную встречу, и хоть немного поднять ему настроение после всего того, что он пережил.

Внезапный звонок в дверь застал меня врасплох. Несколько мгновений я моргала, так как обычно такие звонки создавали колоссальные проблемы для моего слабого девичьего сердечка. Звонящий за дверью стал настойчивее.

Вздохнув, я все-таки поплелась открывать. Когда дверь распахнулась, сперва, застыла с открытым ртом… а после взвизгнула от счастья, подпрыгнув до потолка.

– Сюрприз! – папа широко улыбался, заключая меня в объятия.

– Папочка! – я чуть не задохнулась от счастья. – Но ты ведь говорил… У меня еще ничего не готово…

– Ребенок! – отец расхохотался. – По пути домой, я заказал еду из ресторана! С минуты на минуту привезут. Так что сегодня ты официально отлучена от кухни!

– Правда? А как же ребрышки? Я уже тесто на кекс замесила… – от его веселой мальчишеской улыбки и раскрасневшихся с мороза щек, у меня засвербело в носу.

Впервые с того злополучного вечера папа действительно выглядел полным сил. Надеялась, что хоть теперь он всерьез займется своим здоровьем, и не будет пропадать на работе до ночи.

Поужинав, мы перебрались на диван и, поставив фоном какой-то новый популярный детектив, как в старые добрые времена проболтали до самой ночи.

– За эти дни я столько всего передумал… – папа снял очки, рассеянно почесав переносицу. – Прости, ребенок, что втянул тебя во все это. Сорвал с насиженного места, увез от друзей. – В уголках его глаз появился предательский блеск.

Мое сердце сжалось.

– Что ты имеешь в виду, пап?

– Переезд сюда был не самой лучшей идеей. Я явно переоценил свои силы. Да и… – он тяжело вздохнул. – Там осталась ее могила. Мне так ее не хватает…

Я оцепенела. В последнее время мы редко вспоминали маму, эта тема стала чем-то вроде табу. Папа помнил, как тяжело я переживала ее утрату, и редко говорил о ней в моем присутствии.

– Не говори так, – наконец, прошептала пересохшими губами. – Если бы мама была жива, она бы всеми руками поддержала наш переезд. Она всегда и во всем тебя поддерживала.

– Ты, правда, так считаешь? – произнес, какое-то время спустя.

– Конечно. Она была убеждена, что ты заслуживаешь самого лучшего. Тебя повысили. Теперь мы живем в большом доме. А, может, скоро переведут в Москву… Кто знает? Я уверена, впереди нас ждет только хорошее.