Шрифт:
Да какого хрена? Не замечал, чтобы они пересекались…
– А как же Аленка? Кругом трубят, что вы вместе. Любовь – морковь. Все дела. – Я медленно выпрямился: теперь наши глаза находились на одном уровне. – Или тебе одной девочки мало? – кулаки непроизвольно сжались.
Не двигаясь с места, Безруков нахмурился.
– В отличие от тебя, мне достаточно. И ты последний человек, с кем я буду обсуждать свои отношения. Просто знаю, как по-скотски ты относишься к девушкам. Аля не такая. Не порть девчонку, – процедил сквозь стиснутые зубы.
– А если испорчу? – злорадно усмехнулся.
– Воронов. – В голосе Безрукова слышалось неприкрытое раздражение.
Напряжение между нами сгущалось как мрачные облака перед грозой. Вот-вот бабахнет…
– Егор, ты где? – позвал моего оппонента тренер.
Ну, разумеется, этот идиот занимался только под руководством профи. У самого-то извилин не хватало разобраться с «блинами» и железками.
Прежде чем направиться в кардиозону, Безруков бросил на меня еще один уничижительный взгляд. Я лишь разразился смехом.
– Вали, защитничек.
В голове против воли вспыхнул подслушанный разговор Алины с ее «друзьями». Как ни странно, я очень хорошо ее понимал. Погано, когда предают те, кого считаешь друзьями.
Я вновь посмотрел, как Безруков наматывает круги на беговой дорожке. Когда-то мы были – не разлей вода. Я, Егор и Рита. Неразлучная троица. Два друга и девушка. Красивая девушка. С гривой вечно растрепанных шоколадных волос, и милой щербинкой между зубами. Попахивает драмой. Так оно и вышло.
Из лучшего друга Безруков стал воплощением всего, что я ненавижу. Просто в один не самый радужный день они оставили меня за бортом нашего общего уравнения.
Трио превратилось в парочку.
Конечно, сейчас я понимал, насколько гипертрофированными и глупыми были мои обиды. Как и их первые детские чувства. Ну, а что? Шестой класс. Комнату девчонок от комнаты парней отделяла всего одна стенка…
Взрослые воспитанники уже во всю «крутили любовь». Мои сверстники же только начинали ходить за ручку и сосаться по углам. Как Егор и Ритка.
Глава 35. 1
Только не я.
Вместо девчонок-ровесниц, меня гораздо больше привлекал процесс образования эндоспоры – ходил как хвост за училкой по биологии, сводя ее с ума своими вопросами. Даже брат высмеивал, называя батаном.
Однако Маргарита была единственным человеком, с кем я мог поделиться самым сокровенным. Для меня она была больше, чем просто друг. Мы утирали друг другу сопли в особенно тяжелые дни, когда накатывала тоска и безнадега. Она всегда могла подобрать нужные слова. Второй по значимости человек после брата.
А Безруков вероломно забрал мою подружку.
Никогда не забуду, какую боль испытал, увидев впервые, как они гуляют под ручку. Рита выбрала Егора. Он раньше меня вытянулся: в то лето был на голову выше и гораздо шире в плечах. Я даже не мог набить ему морду. Силенок не хватало.
Тогда случился перелом.
Перестал упираться, и позволил Артему лепить из меня мужика: качалка, бокс, стрельба из лучевого оружия… В башке засела идея фикс – поквитаться с Егором.
Ведь они с Риткой выглядели такими до омерзения влюбленными. Всегда ходили под ручку. Глядя на нее, бывший друг буквально истекал слюнями. Гадкое зрелище.
Хотя я не испытывал к ней романтических чувств: по ощущениям, будто потерял сестру. Близкого родственника. Тем летом я на своей шкуре прочувствовал, что означает фраза «одиночество в толпе», ведь Артем выпустился, и только готовил документы для оформления опекунства.
А я погряз в черных безрадостных мыслях.
Один из штатных воспитателей прямым текстом говорил, что все мы, по сути, ошибки природы. И в будущем либо сопьемся, либо сгнием в тюрьме… Что из нас никогда не выйдет ничего путного, ведь травмированное детство навсегда определяет вектор дальнейшей жизни.
Было трудно с ним не согласиться.
Хорошо, что вскоре в мою жизнь вернулся Артем, выбив из головы все это упадническое дерьмо. Мой старший брат вообще всегда шел как таран. Мужик с несгибаемой волей. Наверное, поэтому он уже сейчас ездит на черном внедорожнике с охраной и скупает недвижку в Москве…
Вскоре я узнал, что вслед за мной Маргариту удочерили и увезли в другой город. И больше никаких данных. Тайна усыновления. Ее приемные родители не хотели, чтобы девушку что-то связывало с интернатом.