– Что же они, сволочи, по воздушным шарам стреляют?!
– отчаянно кричт Елена, - Вон и профессор твой!

Толя, видит, как к охотнику подбегает Петр Семенович и что-то ему быстро говорит, указывая на воздушный шар.

– Есть балласт, - доносится Богдановский голос. Он уже взобрался на край корзины, постоял там на краю немного и полетел свободно вниз, будто камень, брошенный с Пизанской башни. Корзина было уже притормозилась, но раздается второй выстрел и обреченные аэронавты неотвратимо устремились навстречу Толиному пробуждению.

Проснувшись, Ермолаев долго лежал в постели, разглядывая портрет инженера Кибальчича. Когда-то, давно, еще школьником, он вырезал из журнала портрет с подробной схемой летательного аппарата, нацарапанной в камере смертников.

Наконец в комнату заглянула мама и позвала завтракать. Голос матери вернул сына к обыденной жизни, из которой он кажется напрочь выпал в последние дни.

– Толенька наш совсем загрустил, - послышался голос матери.
– Наверное, опять влюбился.

Время такое - весна, - глубокомысленно заметил отец.