Они переобулись, и Эльза принялась наматывать куфии им на головы. Полковник перенес из флаера еду, воду и медикаменты.

— Сколько лететь до Сайгона? — спросил Сандро у Брода.

— Если все пройдет нормально, к вечеру будете там. Или к утру, если решите остановиться на ночлег.

— Садитесь в кабину, лорд Эгри, — позвал Рони Дэна, — я поведу, а вы смотрите и запоминайте.

Рони уселся на водительское сидение, Сандро с Эльзой загрузились во флаер полковника. Дэн с завистью проводил их взглядом. К его огромному удивлению, аэрокар завелся с первого раза и даже выкатился из пещеры.

Рони остановился, подождал пока полковник закроет вход в пещеру и первым взлетит, а затем с каким-то мальчишеским запалом поднял аэрокар в воздух. Машина слегка затряслась, дала крен и, хоть и неуклюже, но достаточно резво устремилась за флаером Брода. Старый корсар явно получал удовольствие от полета, Дэн его восторга не разделял, да этого никто и не ждал.

Когда они вынырнули из ущелья и поднялись над горами, Дэн набрался смелости и спросил:

— Мы не долетим до Сайгона за день, верно, господин Айрис?

Рони покосился на него и ответил с кривоватой ухмылкой:

— Это пустыня, лорд Эгри. В пути всякое может случиться. А почему вы спрашиваете?

— Вы нагрузили нас запасами минимум на неделю, а еще защита от солнца… Вы не уверены в этой… машине? — он очень хотел сказать «развалине», но в последний момент не решился.

— Вы весьма проницательны, лорд Эгри, — уважительно молвил Рони, — большая редкость для ваших годков. Я заметил это еще, как только вы прибыли.

— Да, я догадался, что вы и ваша жена бывшие флибустьеры, — кивнул Дэн, польщенный похвалой.

— Это все она, Марша, — мечтательно сказал старик, всматриваясь вдаль, — она всегда среди нас была главной, а я лишь слушал, что она говорит да выполнял. И мы с ней всегда были лучшими.

Дэн поздравил себя с еще одной догадкой. Может, он и вправду такой проницательный, как говорит старый пират? Или это просто льстивые речи для юного столичного аристократа? Раньше-то особых способостей Дэн за собой не замечал.

— Я не знаю, на сколько хватит сил у моей старушки, — уже серьезно продолжил Айрис, Дэн сразу и не понял, что он говорит о машине. — Ей ведь больше лет, чем мне. Поэтому вы должны быть готовы ко всему, лорд Эгри. Я не стал говорить это при принце, мне кажется, его не стоит лишний раз… тревожить.

«Точнее, ты хотел сказать, пугать». Очень трогательная забота о наследнике империи, весьма своеобразная. Как, впрочем, и сами Айрисы.

— Зачит, нам придется идти через пустыню пешком? — медленно проговорил Дэн, чувствуя, как изнутри поднимается неприятный холодок.

— Я очень надеюсь, что нет, — успокоил его Рони, — но кое что я хотел бы вам рассказать. Постарайтесь запомнить.

Он дал пару толковых советов по выживанию в пустыне, и Дэн понял, что старый корсар бороздил просторы Белой пустыни не меньше, чем космические дали.

— А вы встречались когда-нибудь с песчаными ящерами? — спросил он.

Рони замолчал, а потом неожиданно выдал:

— Да вы никак их боитесь, лорд Эгри?

Дэн покраснел, он действительно до жути боялся песчаных ящеров, главным образом из-за того, что о них было известно очень немного. Эти загадочные твари обитали в песках Белой пустыни еще до прихода первых колонистов, но до сих пор оставались загадкой для жителей Арагона. Дэн видел их голографические изображения и одно-единственное облезлое чучело в Зоологическом парке, но ни разу не видел их вживую.

И мало кто вообще на планете видел живого песчаного ящера. Изучить их не представлялось возможным, поскольку в неволе они гибли. Сразу же. По неизвестной причине. Ящеры обладали невероятным чутьем, за ними невозможно было наблюдать, они тут же исчезали. Несмотря на свои внушительные размеры, они погружались в песок и перемещались под ним, благодаря желобам, проходящим под крепкой как броня, панцирной кожей, через которые ящеры пропускали песок.

Это все, что смогли выяснить люди, изучив те несколько особей, которых удалось изловить и которые практически тут же погибли. После чего ящеры начали мстить. Это была именно месть, они не съедали убитых ими людей, хоть и были хищниками. Они просто отрывали им головы или конечности, или же разрывали на части. И при этом никогда не нападали первыми.

Все закончилось тем, что то ли второй, то ли третий император издал специальный указ, которым запретил охоту на ящеров и определил этих странных животных под защиту короны. И именно песчаный ящер занял почетное место на гербе Арагона, став его символом.

Конечно, во все времена появлялись отчаянные головы, продолжавшие на них охотиться, поскольку за пределами Арагона очень ценились изделия из их прочной панцирной кожи. Но как правило, потом эти головы и находили, правда отдельно от охотников, так что даже привлекать к ответу было некого. В общем, Дэн никак не горел желанием знакомиться с ними поближе.