— Полного состава…в боях еще не участвовали …были в личном резерве генерал Авилова. с неожиданной злостью сообщил Цехановский. А у меня опытные бойцы, почти половина нижних чинов — воевала..

— Почему были в резерве? Быстро просмотрев на Дудинского, спросил Громов.

Дудинский развел руками.

— Это было решение командира дивизии…

— Разрешите, мне ответить, Дмитрий Степанович…покраснев, спросил Цехановский.

Дудинский, устало кивнул головой.

— Генерал Авилов, нам не доверял. Полякам… Считал что мы не любим Россию и воевать с немцами — боимся… А мои люди — жаждут боя, господин генерал… и выстояли бы во вчерашнем бою, не бежали бы при первых выстрелах, как это…

Цехановский видимо хотел сказать что то типа «быдло» или «стадо», но в присутствии русских офицеров — предпочел таких слов не употреблять..

— В каком состоянии ваш полк?

— Матчасть, пострадала. В тяжелой батарее осталось пять орудий, в двух легких — двенадцать Д-66, четыре самоходных ЗСУ-23 …Однако минометная батарея и огневые взводы бронебойщиков, в хорошем состоянии. Полк — боеспособен.

— Где противник? Мне нужно уточнить данные разведки…

— Дубровка как я сказал, нами удерживается. Так же несколько деревенек вокруг нее. На западе — Рыловка, по сути, ничья. Там выставлен передовой дозор из роты капитана Свищёва в полусотню солдат с бронебойным взводом… Дальше на запад, где Яблоневка — уже немцы…

— Расстояние до ваших позиций?

— Полторы версты. Не больше… Вот еще, что господин генерал. Пару часов назад, на наши позиции вышел дивизионный бронебойный дивизион майора Константина Шофгаузена..

— Целый? Или одни ошметья?

— Целый. Практически без потерь его Шофгаузен отвел.

Бронебойный дивизион пехотной дивизии — это двадцать четыре 85 миллиметровых пушки!! То что нам нужно!

— Господа, сегодня явно, Фортуна на нашей стороне. Значит приказ такой … Полк господина Дудинского-Лешина и саперный батальон, как можно глубже в землю вгрызаются в районе Дубровки. Стрелковый батальон Цехановского и бронебойный дивизион- занимают передовую позицию в Рыловке. Ваша задача, вцепится в землю и драться так майор, как будто вы деретесь за свой дом… Стоять насмерть, пока мы в зазор между дивизиями Цорна и Эбербаха, своими «восьмидесятками»- клин не вобьем…

— Удерживать Рыловку сколько возможно, потом отходить к главным силам отряда Дудинского. Если грамотно партию сыграем, то дивизия Эбербаха — назад откатится, Новоград — Волынский удержим и фронт восстановим. Но ваша задача, этот зазор удержать, не дать Цорну нам в тыл ударить…

— Все, ясно, господин генерал…И еще…спасибо, что солдат от паники удержали. Хоть и таким способом.

Громов вскинул брови

— Вы уже знаете?

— Такие новости, мигом разлетаются… Мера свирепая, Дмитрий Иванович, но в наших условиях необходимая. Иначе панику и разложение не остановить. Наши нижние чины уже говорят, что с гвардейцами Громова, можно хоть в Ад отправлятся, он генерал надежный.

****

Рота капитана Станислава Фигнера, пробиралась в авангарде танкового эскадрона подполковника Ковалева, медленно, насколько это слово подходит для быстроходного газотурбинного танка, перед авангардом, шёл передовой дозор фельдфебеля Бирюкова, из двух полугусеничных «Енотов», с крупнокалиберными пулеметами Холека-Владимирова.

Высунувшись по пояс в башне, Савва Фокин осматривал окрестности, пока сидящий ниже у орудия Суханов, в наушниках прослушивал эфир, в ожидании приказов.

«Дут-дут-дут» характерный стук «пятнашки» ни с чем не перепутаешь, значит Бирюков — уже нащупал германцев

— Дозор с немцами сцепился! Рявкнул Фокин, ныряя в башню не дожидаясь приказов и захлопнул за собой бронированный люк.

Тут и рация ожила, прохрипев динамиком

— Развернутся в цепь, курс на северо-восток.

Сминая буйный орешник, рота, а следом и весь эскадрон, стальной цепью начал выползать из дубравы. Впереди, где то с версту, кострами горели оба разведывательных «енота»..

— Противник. Прямо по курсу, бронебойные орудия.

Это были не ракеты, управляемые «штейнбоки», хорошо знакомые «ахт-ахт», но легче, от этого не было.

Гренадерский батальон немцев, усиленный батареей тяжелых PaK-60 и батареей самоходок «ягдпантер» занял круговую оборону и отступать не собирался.

Навстречу БТ-80, полетели похожие на светлячки — бронебойные снаряды, в ответ русские танки открыли ураганный огонь и через несколько минут на позиции немцев обрушилась вся артиллерия бригады.

Танк командира взвода, лейтенанта Скорина, вдруг дернулся и развернулся бортом к противнику, поперек атакующего строя. Пары секунд хватило для того, что бы в него угодило минимум два бронебойных снаряда и танк взводного — с грохотом взорвался выбросив вверх столб оранжевого пламени и оторванную башню.

— Вижу цель! Заорал Фокин. На пять часов, за хатой…Фугасный заряжай!

Механизм заряжания лязгнул, послав в орудийную камору болванку и метательный заряд.

— Залп! Орудия рявкнуло и белая мазанка исчезла в облаке дыма. Через секунду, из дыма вылетел светлячок немецкого бронебойного снаряда.