Без малейшего шума он прошел вдоль стены коридора, останавливаясь и прислушиваясь. Комната Малгожаты Зенткувны была еще далеко…

Человек сунул руку в карман, открыл нож и сунул его лезвием в рукав пижамы.

Снова двинулся вперед. Остановился. Внизу стукнула входная дверь. Кто-то быстро бежал по лестнице, перескакивая через три ступени подряд…

Стоящий повернулся и на цыпочках, в несколько прыжков, преодолел расстояние до своей комнаты. Едва он успел закрыть за собой дверь, как бегущий по лестнице уже оказался в коридоре. Он быстро прошел расстояние, отделяющее его от комнаты Малгожаты, нажал на ручку двери и исчез за ней.

Человек в пижаме тихо закрыл дверь, подошел к чемодану и снова спрятал туда нож и перчатки. Потом снова лег в кровать. У него было много времени… Теперь не было никакого смысла что-либо предпринимать. Он натянул одеяло на голову. Как он устал!

Но взвинченные нервы не давали ему уснуть. Он сел на кровать и закурил. Потом встал, вошел в ванную и пустил горячую воду. Он знал, что сон уже не придет к нему. Только сегодня поздно ночью, когда доведет дело до конца, — он уснет.

Зентек тихо нажал на дверную ручку, вошел и остановился на пороге. Он почувствовал, что ноги подгибаются под ним. Девушка лежала навзничь, с головой, откинутой назад. Одна рука бессильно свисала с кровати.

Он подошел, наклонился над ней и, задержав дыхание, приложил ухо к ее груди.

Она открыла глаза и улыбнулась, горячо обняла его руками.

Он выпрямился, потом уселся рядом с ней на кровать и закрыл глаза.

Она положила теплую маленькую ладонь на его руку.

— Доброе утро, — тихо сказала она. — Ты пришел? Это хорошо…

Он погладил ее по голове, стараясь, чтобы она не почувствовала, как дрожат у него пальцы, потом встал.

— Ты знаешь эту особу? — спросил он. Полез в карман и вынул оттуда фотографию.

Малгожата уселась на кровати и протерла глаза. Взяла в руки фотографию и спросила, не глядя на нее:

— Который час?

— Еще рано, нет и пяти…

— Еще нет пяти! О Боже! — Она посмотрела на снимок, потом отодвинула его от себя и закрыла глаза. — Да. Это Марыся Клосек… Откуда это у тебя?

Зентек посмотрел на нее. Сердце у него уже не колотилось так учащенно. Жива. С ней ничего не случилось. Но убийца был в Здроях. А они знали о нем не больше, чем в первый день. А он?.. Мог ли он узнать ее? А может быть, это просто случайное совпадение?

— Это мне прислали из Варшавы, — спокойно сказал он. — Они там ведут следствие во всех направлениях. Полковник спрашивает хорошо ли ты ее знаешь.

— Знаю ли? Конечно, знаю. Мы ведь живем рядом. Даже её окно выходит прямо на мое… Ей восемнадцать или девятнадцать лет. Знаю, что у ее матери было много хлопот с ней в последнее время. Она много времени проводила с молодыми людьми, поздно возвращалась домой, пила водку. Ничего удивительного, ведь отец у нее умер уже лет десять назад. Такая же девушка, как и тысячи других. Даже не самая плохая. Если кто-то, действительно, ею займется, все будет хорошо…

— Да…

Зентек не сказал того, что хотел. Он тихо встал и на цыпочках подошел к двери. Она смотрела на него удивленными, испуганными, ничего не понимающими глазами.

Капитан положил ладонь на дверную ручку, послушал секунду. Потом внезапно открыл дверь.

Стоящий за ней человек отпрянул и сконфуженно улыбнулся.

— Добрый день! — вполголоса сказал он. — Такая прекрасная погода, что… что я подумал, может быть, кто-нибудь из вас захочет искупаться перед завтраком? Поскольку мне не хотелось никого будить, я решил пройти от комнаты к комнате и послушать, не встал ли уже кто-нибудь из вас.

— Мы уже не спим… Но сестра еще лежит. Я как раз сам пришел к ней с подобным предложением. И, по-моему, мне удалось ее уговорить. Если вы хотите нас подождать, мы будем в холле через полчаса.

— Прекрасно! — сказал Каплинский с энтузиазмом, быть может, немного излишним. — Я обязательно вас подожду! — И он быстро удалился.

Зентек открыл дверь и повернулся к Малгожате.

— Ты слышала?

— Да.

— Так пойдем?

— Хорошо. — Она зевнула, прикрыв рот рукой, и засмеялась. — Через полчаса внизу. Наверное, я успею, — она снова рассмеялась, потому что ей неожиданно пришло в голову, что не придется идти в кухню, открывать кран и набирать воду в ведро, а потом возвращаться в свою комнату, чтобы умыться. — Молоко не выкипит… — сказала она, когда он уже стоял в дверях.

— Что?

— Ничего… ничего! Что ты можешь знать о молоке! Возьми эту фотографию.

Он вернулся, взял фотографию Марии Клосек и сунул в карман.

— Буду ждать тебя в холле.

Он вышел из комнаты. Но вопреки сказанному не пошел вниз, а начал тихо прохаживаться по коридору. Отель все еще был погружен в тишину. Зентек посмотрел на часы. Пяти еще не было. А столько уже сегодня произошло.

После его ухода Малгожата упала на кровать и закрыла глаза.

Так она лежала несколько минут, борясь с остатком сна и с желанием спрятать голову под теплым одеялом.