Это ведь была наша первая крупная победа и мы ощущали себя частью чего-то большего. Розовое мясо в итоге сожрали три человека. Двое из них были химерами, третий сдох быстро. Он просто уснул прямо возле костра и не проснулся.

Двое других вскоре ушли, сославшись на усталость, а мы остались сидеть. Пока не раздался первый приглушенный крик в одном из бараков.

— Я не хочу это видеть, Черный. Я и так уже вспомнил все.

— Уверен?

— Да. Две химеры обратились и устроили резню. Сто двадцать семь жертв, в основном среди спящих солдат.

— А еще обслуживающий персонал, врачи, пара лейтенантов…

— Хватит. Пошли отсюда.

— Ты разве не хочешь посмотреть, как убиваешь свою первую химеру?

— Сказал же, что вспомнил. Пошли.

Видение подернулось туманом, так что я не успел посмотреть эту резню. Мне хватило смертей своих товарищей на сегодня.

Окружающее пространство сменилось на высокий потолок и яркий свет ламп. Надо мной склонилось знакомое лицо. Что я здесь делаю? Точно, я же был ранен, значит это медблок.

— Этот очнулся, — произнес человек и я узнал в нем старшего инквизитора Фроста.

Судя по форме, во время войны он не был штабной крысой, как мне изначально казалось. Хотя и на поле боя я его не припомню. Это была наша первая с ним встреча и Фрост мне как-то сразу не понравился.

— Что, мутант, — усмехнулся он. — В твоей голове тоже кто-то есть?

Я был связан. Иначе бы попытался заехать ему в морду. Просто так, характер у меня такой. А еще мне не нравилось слово «мутант». Никому из химер оно не нравилось, но пока мы сражались против Иных, никто нас так и не называл.

— Да, кто-то есть, — произнес я спокойным голосом. — Какая-то женщина. А, это моя бывшая, кажется твоя мамаша. Просила передать, что лучше бы твой батя кончил на занавеску.

Вроде бы Фрост врезал по привязанной к койке химере, но вот отголоски боли почувствовал и я. Посмотрел в сторону Черного, который смерил меня осуждающим взглядом.

— Что? — спросил я его. — Я был молод, тогда мне казалось это смешным.

— Шутки про мамаш вышли из моды еще до твоего рождения.

— Шутки про мамаш, это классика. Она не устаревает.

— Может Черный ошибся с выбором друга, — вздохнул он.

— Ты мне другое скажи, — пока мы болтали, воспоминание словно поставили на паузу. — Ты уже тогда сидел в моей голове?

— Я знаю то, что знаешь ты, даже если ты сам об этом забыл. Но на твой вопрос у Черного нет ответа.

— В криокамеру его, — раздался голос Фроста. — И остальных тоже. Проект засекретить, официально все химеры мертвы или сбежали. Док, ты разобрался с проблемой?

— Еще нет, — голос Элиота. Старик явно устал, судя по тону. — Скорее что-то психологическое. Слишком резкие изменения в организме для взрослой, сформировавшейся личности. Возможно, это послужило расщеплению сознания. Подавители блокируют возможность активной формы наномашин…

— Как решить проблему? — произнес Фрост недовольным голосом. — Без всей этой заумной хрени.

— Я не знаю, — сдался Элиот. — Скорей всего уже никак. Образцы нестабильны.

— Ясно. Значит, заморозим до лучших времен.

Воспоминание снова подернулось туманом, как только мне что-то вкололи в шею, несмотря на тираду, в которой я поливал родственников Фроста и Элиота вплоть до их домашних питомцев.

— Как они? — а это уже голос Киры. Хотя картинки не было, но звуки я различал, хоть и приглушенно.

— Оба стабильны, — произнес мужчина. Этот голос я точно слышал впервые. — Пару недель и будут готовы.

— У меня три летальных случая за неделю, — Кира злилась. — У нас нет столько времени. Эти спиногрызы режут охранников и персонал.

— Понимаю, могу запустить их по очереди, тогда первый будет готов раньше.

— Одного Черного Дьявола мне хватит. Нужна просто нянька, которую они будут слушаться.

— Вы уверены, что будут? — голос мужчины сорвался на хрип, который затем перешел в надсадный кашель.

— Господи, ты опять продолжаешь вкалывать себе эту дрянь? — в голосе Киры слышалось скорее разочарование, нежели тревога. — Она тебя убьет.

— Мой эксперимент почти завершен. Все получится. К тому же я взял стабильный геном Джаггернаута из этих химер.

— Что там с нянькой?

— Этот подойдет лучше. Менее агрессивен, показатели более стабильны. В прошлом замечены проявления сочувствия и сострадания к слабым. Но все же, вы уверены, что стоит?

— Химеры уже не люди. Они Иные. У них заложено в инстинктах подчиняться альфе. Они будут слушаться его или я наберу новую группу. Что с воспоминаниями? Ты можешь их стереть?