Я почти засыпаю, мой телевизор все еще играет и освещает мою темную комнату, когда мой телефон звонит в моей сумке и будит меня.

Я достаю его и открываю сообщение, которое Стелла отправила в наш групповой чат.

Я едва сдерживаю улыбку над мемом, который она прислала, но это не потому, что это не смешно, а потому, что меня ждет еще одно сообщение — от кого-то, кого я не ожидала услышать сегодня снова.

Я колеблюсь, держа большой палец над его сообщением, раздумывая, стоит ли мне вообще его открывать.

Он увидит, что я это прочитала, и тогда я проигнорирую его.

Я не знаю, почему от этой мысли у меня сжимается живот, но, тем не менее, это так.

— К черту это, — бормочу я, нажимая на экран, прежде чем успеваю передумать.

Его светлость: Даже не думай о том, чтобы закончить то, что я начал ранее.

Мои глаза так широко раскрываются, когда я читаю эти слова, что я удивляюсь, как они не выскакивают прямо у меня из головы.

Мои большие пальцы начинают летать по экрану еще до того, как я осознаю, что печатаю.

Эмми: Я не подчиняюсь приказам титулованных придурков, так что иди нахуй. Больше ты ничего от меня не добьешься.

Я сижу там с бешено колотящимся сердцем, уставившись на экран, ожидая, прочтет ли он это. И если это так, то ответит ли он.

У меня перехватывает дыхание только тридцать секунд спустя, когда под моим сообщением появляется надпись: "Прочитано".

— О, черт, — выдыхаю я, зная, что ткнула зверя.

Маленькие точки, сообщающие мне, что он печатает, начинают подпрыгивать, и бабочки вспыхивают у меня в животе.

Его светлость: Посмотрим. Я знаю, ты все еще думаешь о том, как мои пальцы ощущались внутри тебя…

— Черт, — шиплю я, когда мое лицо пылает.

Черт возьми. Он прав. И от одной мысли об этом все мое тело горит докрасна, когда я ощущаю это восхитительное растяжение от его умелых пальцев.

Его светлость: Ты думаешь об этом прямо сейчас, не так ли?

Эмми: Нет. Я уже нашла кого-то другого, чтобы закончить работу, и он был намного лучше, чем ты когда-либо мог быть.

Его светлость: Чушь собачья. Ты была со Стеллой и Калли весь день. Если только я чего-то не знаю о своей кузине, никто другой к тебе не прикасался. И они тоже не будут. Включая тебя.

Эмми: Ты всегда был таким придурком?

Он начинает печатать ответ, но я еще не закончила.

Эмми: Я сейчас ухожу, у меня есть дела…

Я добавляю два подмигивающих лица по обе стороны от эмодзи с баклажанами и нажимаю отправить.

Его светлость: Твоя пизда моя, Мегера. Никто не прикасается к ней, кроме меня.

— Пффф, — усмехаюсь я.

Эмми: Тогда, возможно, тебе следовало отнестись к ней с чуть большим уважением раньше. Ты снова ни на шаг не приблизишься ко мне. Ты разрушил свой единственный шанс.

Его светлость: Я знаю, где ты живешь.

Эмми: Оооо, мне так страшно.

Мой эмодзи с закатыванием глаз на самом деле не подчеркивает, насколько сильно я закатила глаза в ответ на его угрозу.

Его светлость: Я буду считать это своим приглашением. Не. Прикасайся. К. Себе.

— Гребаный придурок, — бормочу я себе под нос, прежде чем принять решение, о котором, я уже знаю, буду сожалеть. Но к черту это. Я отказываюсь позволять ему думать, что он победил.

Натягивая трусики и шорты для сна на бедра, я роюсь в прикроватной тумбочке в поисках своего самого большого вибратора и принимаюсь за работу, делая пару фотографий под разными углами.

По какой-то причине, которую я на самом деле не хочу признавать, я не завожу своего маленького друга и не кончаю, несмотря на то, что все еще отчаянно нуждаюсь в этом.

Я уже знаю, что мой вибратор бледнеет по сравнению с тем, что я была на грани получения ранее, поэтому я не опускаюсь до некачественного оргазма просто из неповиновения.

Будь ты проклят, Тео Чирилло.

Я просматриваю сделанные снимки, выбираю лучшее и отправляю его Тео, прежде чем перевести телефон в режим полета, поправить одежду и уютно устроиться в постели, более чем готовая отключиться и отоспаться от последствий прошлой ночи.

Глава 14