– А что, если мы будем брать с тебя справедливую арендную плату?
– предложил мой отец.

– Джон, ты же сейчас не серьезно! Моя мама смотрела на него будучи в шоке.
– Мы не будем брать с нее арендную плату.

– Это лучше, чем видеть, как она переезжает, - резонно заметил он.

– Фрэнни, - обратилась ко мне мама, - ты знаешь, что я беспокоюсь о тебе только потому, что очень тебя люблю.

– Я знаю, мама. Но эта любовь стала немного давить. Я чувствую себя пойманной в ловушку. Ты должна немного отпустить меня, хорошо? Ты должна поверить, что я знаю, как позаботиться о себе. Мне нужна свобода, чтобы поступать по-своему, даже если это приведет к ошибкам. Даже если я потерплю неудачу.

И с этим я вошла на кухню на дрожащих от нервов и возбуждения ногах, поставила тарелку на стойку и ушла через заднюю дверь.

Я не планировала делать декларацию о независимости во время воскресного ужина, но я почувствовала себя чертовски хорошо после этого.

* * *

Позже вечером, когда я переоделась и легла в постель на простыни, которые не могла заставить себя поменять, потому что они все еще пахли им, я достала свой телефон, чтобы отчитать его за те двадцатидолларовые купюры, которые он засунул мне в карман.

Придурок.

Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Конечно, же. Потому что ты такой невинный. С твоими грязными словечками.

Эй, деньги из банки ругательств идут на благотворительность. Я только вношу свою лепту.

Я этого не знала. На какую благотворительность?

Девочки по очереди выбирают каждый месяц. Я думаю, это месяц Фелисити. Обычно она выбирает Национальное географическое общество.

Я не сомневалась.

Я видел камень, который ты ей подарила. Это было очень мило с твоей стороны. Спасибо.

Не за что. А какие организации выбирают Милли и Уинни?

Милли обычно выбирает детские благотворительные организации. Уинни животных.

Я люблю твоих девочек. У них добрые сердца.

Они тоже тебя любят. Они отказались расплетать свои косички в душе. Я думаю, они хотят быть похожими на тебя.

Оу. Они спят?

Да. Наконец-то. Уинни потребовалось некоторое время чтобы заснуть. Я все еще лежу рядом с ней. Она убеждена, что под ее кроватью живут монстры, поэтому мне пришлось пообещать, что я буду спать сегодня с ней.

Я представила, как он лежит рядом с маленькой Уинни, и мое сердце забилось сильнее.

Бедная малышка. И какой хороший папа. Думаю, тогда я не буду писать тебе ничего грязного.

Подожди, я могу передохнуть. О какой грязи мы говорим? Типа слегка грязное? Или очень грязное?

Я тихо рассмеялась, отправляя ответное сообщение.

Очень грязное.

О, черт. Подожди. Я спускаюсь вниз.

Мой пульс начал учащаться. Я не собиралась писать ему ничего грязного, когда взяла телефон, и я никогда не делала этого раньше. Но у меня было много фантазий на его счет, а сегодня я чувствовала себя дерзкой и свободной, словно могла сделать все, что угодно. Прикусив губу, я выключила лампу и сняла футболку. Затем я вылезла из трусиков и поглубже залезла под одеяло.

Если я собиралась сделать это, я собиралась сделать это правильно.

Глава 18

Мак

Я спускался по лестнице так быстро, что споткнулся и чуть не упал лицом вниз. Убедившись, что входная и задняя двери заперты, я поспешил в свою комнату, закрыл дверь и стянул с себя рубашку.

Теперь я один. Ты здесь?

Я здесь. Я бы хотела, чтобы ты тоже был здесь.

Мои джинсы были мне уже тесными. Я расстегнул и снял их, прежде чем снова лечь на кровать. Затем я позвонил ей.

Она ответила, смеясь.

– Я сказала, что буду писать тебе грязные вещи.

– К черту, - тихо сказал я, держа телефон левой рукой, а правой скользя по нижнему прессу.
– Если ты собираешься говорить мне грязные вещи, я хочу услышать, как ты это делаешь. Так говори.

Ее смех стал знойным.

– Такой властный.

– Тебе это нравится.

– Ты прав. Мне нравится, - прошептала она.

– Где ты сейчас находишься? Я взял свой член в кулак и позволил поднимающейся плоти проскользнуть сквозь пальцы.