— Я знаю.

Я обнимаю свою растерянную маму, крепко прижимая к себе. Я и не ждал, что она поймёт. Не сразу. Не так быстро.

— Но я всё равно выбираю её.

Она знала, что мы с Кейлин стали союзниками на Испытаниях. Она знала, что Кейлин помогала мне найти способ открыть Врата. Да, ей это не очень нравилось, но вслух ничего не высказывала. В отличие от отца.

Однако теперь всё изменилось.

Я не знаю, что будет дальше. Не знаю, как это отразится на нас. Но Кейлин — моя истинная. И я буду бороться за неё.

Когда я возвращаюсь в свою комнату, меня встречают круглые глаза Кейлин. Замираю, окидывая взглядом представшее зрелище.

Она всё ещё в диком состоянии — волосы растрёпаны, к коже прилипла засохшая грязь, на руках синяки и порезы, а под глазами тёмные круги.

Она здесь. В безопасности.

Дома. В моей постели.

— Рев, — её голос звучит хрипло. Брови сведены. — Что, чёрт возьми, произошло?

Я медленно приближаюсь к кровати и присаживаюсь рядом с ней. Она отводит взгляд.

— Много всего, — отвечаю я. Потому что не знаю, как всё это объяснить. Как подобрать слова.

— Я ничего не понимаю.

Делаю глубокий вдох.

— Я же говорил, что не брошу тебя там.

Её губы приоткрываются.

— Но… какой ценой?

Я сглатываю. Только время прикажет. Игнорирую её вопрос, потому что не хочу сейчас об этом думать. Она здесь. Мы оба живы, свободы и в безопасности. Что будет с нашим миром теперь, когда монстры на свободе… Это проблема завтрашнего дня.

— Мы дома, мы в безопасности. Давай остановимся на этом, ладно?

Она мотает головой, всё ещё глядя не на меня, а на испачканные простыни. Кровь и грязь запятнали белоснежную ткань.

— Зачем? — шепчет она. — Я того не стою.

Резко втягиваю воздух.

— А вот тут, Кейлин, уверяю тебя, ты ошибаешься.

Раздаётся тихий стук в дверь.

— Ванна готова, ваше высочество, — доносится писклявый голосок.

— Спасибо, — выкрикиваю в ответ. — Идём, тебе надо привести себя в порядок. А потом мы поговорим за завтраком.

Кейлин растерянно моргает, но затем кивает. Медленно спускается с кровати и подходит ко мне. Её взгляд отрешённый, словно она не совсем здесь.

— Ты в порядке?

Она вздрагивает, но кивает. А затем выглядывает в окно.

— А что с призраками?

— Боюсь, большинство из них вырвались на свободу.

Она встречается со мной глазами.

— И где же Даррен?

— Кто?

— Призрак моего… ну…

— А. Он… Я не до конца уверен, что там произошло, но подозреваю, что… он больше не с нами.

Не думаю, что тут можно сказать «умер», скорее — прекратил существование.

Кейлин кривится.

— Он… помог нам? Всё как в тумане.

Она пробегает пальцами по волосам.

— Да, помог. И просил передать тебе, что ты спасла его. Не знаю, что это значит, но…

Она приоткрывает рот.

— Он умер?

Пожимаю плечами.

— Он начал светиться, а затем рассеялся в пыль, кажется. Наверное, это было какое-то заклинание от Вселяющей Ужас.

Тихий смешок срывается с губ Кейлин.

— Нет. Он получил искупление.

Шестерёнки в моей голове постепенно приходят в движение, осмысливая всякие мелочи, но ещё не в состоянии взяться за глобальные вопросы.

Я стараюсь думать только о том, что я здесь, во дворце Светящегося дворца, в качестве гостя. Сижу в фарфоровой ванне, наполненной горячей, приятно пахнущей водой посреди огромной ванной, отделанной блестящей белоснежной плиткой. Солнце, яркое и бодрящее, проникает через окна на потолке.

Я не думаю о том, как нелепа сама мысль, что я нахожусь здесь. Знаю только, что это странно.

Как во сне.

Я опускаюсь глубже в воду, которая уже потемнела от грязи. Мне понадобятся три или четыре ванны, чтобы смыть с себя всё, что осталось от того места. А может, я за всю жизнь не отмоюсь.

Я думаю о Даррене. Призрака моего предка больше нет.

Наверное, это хорошо. Его душа обрела спасение. Он… справился со своей главной слабостью, решив помочь мне, а не действовать в своих интересах.