— Да, — шепчет она. Её глаза полыхают решимостью.

Тяжело сглатываю.

Я… не знаю, что и думать. Поступил бы я так же? А как правильно? Лучше выбрать мир, которым я собираюсь править, чем жизнь Кейлин?

— Вселяющей Ужас не составит труда поймать тебя, — спокойно продолжает она, — и заманить меня на своих условиях. Ты же сам сказал: мы сильнее вместе.

Я прикусываю губу изнутри и киваю.

— Хорошо.

Она быстро выдыхает.

— Отлично, — без каких-либо колебаний она тянется за моим рюкзаком. — Ты уступил быстрее, чем я ожидала.

Она ухмыляется, протягивая мне мои вещи.

— Я понимаю, когда у меня нет ни шанса на победу, — пожимаю плечами и закидываю рюкзак на плечо. Мне всё ещё кажется, что Кейлин лучше остаться. В этом магически защищённом доме она в безопасности. А чем дальше мы заходим в Выжженные земли, тем опаснее.

К несчастью, мы оказались готовы к этой миссии намного меньше, чем я думал. Я и представить не мог всех масштабов этого заговора.

Могло ли всё это — чума, Испытания, поиск лекарства в Выжженных землях — быть организовано только для того, чтобы заманить Кейлин сюда? Вот на что намекал призрак, называвшийся моим братом, но у меня до сих пор это не укладывается в голове.

А вдруг вся эта история про чудовищ — выдумка? Может, это одна из ловушек Выжженных земель, чтобы увести нас от главной цели?

Не знаю. Это кажется бредом, но и все прочие версии тоже.

Если я правильно понял, Несущий Ночь вызвал чуму и создал легенду для всех, что единственное лекарство — в книге заклинаний в центре Выжженных земель. Он потянул за нужные ниточки, чтобы Кейлин попала на Испытания, а затем чтобы она прошла через Греховные Врата.

Потому что только она может с помощью книги заклинаний освободить его пару из проклятой тюрьмы.

А я? Я просто попался под руку. Инструмент, чтобы манипулировать Кейлин.

Сложно сказать, чему верить. Возможно, мне вовсе не нужна никакая книга, чтобы исцелить всех от чумы. Но я не могу так рисковать.

Я уверен в одном: так или иначе, я должен добраться до этой книги заклинаний.

Дальше несколько сложнее. Потому что я отказываюсь покидать Выжженные земли без Кейлин. Должен быть способ вывести её отсюда живой.

Или… я могу остаться. Доставлю книгу королеве, попрощаюсь со всеми и вернусь в объятья той единственной, что отдала всё ради меня. Проживём скромную жизнь в этой хижине, без излишеств, зато вместе.

Старый грязный тесный дом совсем не похож на то, к чему я привык за свою жизнь, но тем не менее у меня будет некое подобие свободы. Я могу выбрать жизнь здесь.

Откажусь от всех планов и обязательств. Возможно, это только убедит отца в его правоте. Он получит именно то, чего его и добивался. Я не смогу стать правителем Светящегося двора, живя в Выжженных землях.

Какой печальный конец.

Но если это мой единственный выбор, то я могу его сделать. Потому что не представляю, как жить дальше, зная, что я бросил её здесь. Этого я сделать не смогу. И не стану.

Кейлин наблюдает за мной с лёгким прищуром, пока я складываю наши свежеприготовленные припасы.

— Что? — спрашиваю её.

— Ничего, — после паузы отвечает она и встряхивает головой. Затем открывает дверь, впуская душный горячий воздух в наше жалкое убежище. — Готов?

Вздыхаю.

— Нет.

Но всё равно делаю шаг наружу, где нас ждут проклятые земли.

Вокруг нас холмы, покрытые пеплом. Чёрное болото, где мы последний раз видели Рихгана, позади. Дышать становится заметно тяжелее со всем этим пеплом, курсирующим в воздухе, и прогорклым запахом гниющей плоти и серы.

Мы притормаживаем, глядя на горный проход перед нами. Выжженные земли не такие уж огромные, хоть и многое содержат внутри магических стен. Но всё это плотно собрано на нескольких десятках километров. Само место устроено как мишень: самое главное (и ужасное) — в сердцевине. Туда-то нам и нужно. В центр карты.

Расстояние от Греховных Врат до места, где находится книга заклинаний, занимает всего где-то пятнадцать километров, и мы уже прошли половину. Но помня, что мы уже прошли — болото с ожившими скелетами, лес с белыми деревьями, которые сначала обещают исполнение самых заветных желаний, а затем хватают жертву своими ветвями-конечностями, и долина, где обитают потерявшие разум призраки и медведи-зомби, — мы как-то не горим желанием идти дальше.

Рев оглядывается через плечо, но я не хочу тратить время на воспоминания и размышления. Я сосредоточена на том, что впереди, — буквально. Будем решать проблемы постепенно.

Мы проходим всего двести метров, как вдруг Рев останавливается. Я замираю рядом с ним.

— Смотри, — произносит необычайно мрачным тоном. Я неохотно оборачиваюсь.

Коттедж стоит посреди довольно ровной долины в тридцати метрах от болота. Небо затянуто алой пеленой и тёмными тучами, с которых медленно спускаются три силуэта. Призраки направляются к дому, который мы покинули всего несколько минут назад. Впервые за последние дни мы видим, чтобы они так близко подобрались к дому.