Сто баксов? Я даже знаю, как эту зубную фею зовут...

Машинально вытягиваю шею и пытаюсь разглядеть, что происходит в соседней комнате. Дверь приоткрыта, поэтому мне хорошо видно, как Рустам и Анна Сергеевна о чем-то разговаривают. Ничего не слышно, но по напряженному лицу женщины подозреваю, что разговор довольно серьезный.

Когда мы зашли в квартиру, Рустам попросил меня оставить их наедине ненадолго и побыть с Сашей. Я, разумеется, спорить не стала, хотя мне безумно интересно, о чем они собирались поговорить.

Думаю, разговор связан с отцом, но если кто-то из них захочет, сам мне расскажет подробности. С братом мне тоже хочется подольше побыть сегодня. Он с таким воодушевлением показывает мне свои игрушки, и много книг и даже стол с компьютером. Сердце сжимается от того, сколько Рустам сделал для них. Намного больше, чем я просила. Бесценно больше.

Уютная квартира с прекрасным ремонтом в хорошем жилом районе и возможность достойной, спокойной жизни - думаю, Анна Сергеевна могла только мечтать о таком для себя и сына, не говоря уже обо мне. Я не могу не радоваться, глядя, как у Сашки горят глаза. Понимаю, что со мной он жить не поедет, но ведь так даже лучше, правда? Он остается с мамой. Она его любит, и теперь, когда рядом с ними больше нет отца, она сумеет о нем позаботиться лучше, чем я в свои неполные девятнадцать. В действительности, я была готова забрать Сашку навсегда, чего бы мне это не стоило, но мыслю я в этом вопросе довольно максималистично, ведь у меня пока довольно смутные представления о том, как воспитывать детей.

– Ян, ты теперь ко мне хоть каждый день приходить сможешь в гости!
– брат забирается ко мне на колени и крепко обнимает худенькими ручками.

Я обнимаю его в ответ и утыкаюсь носом в мягкие волосы самого любимого мальчишки на свете.

– Хоть каждый миг, Сашка.

– Я тогда испугался, когда страшные мужики забрали нас. Меня отвезли в место, где много детей. Я там был. Все время плакал. А потом за мной приехали дядя Рус с мамой. Он отвез нас сюда. И теперь мы здесь живем.

Чувствую, как в сердце кислотой разливаются боль и злость. Боль за Сашу, злость на отца, из-за которого моему малышу пришлось пережить все это.

Место, где много детей. Кризисный центр? Детский дом? Туда его спихнули, пока Рустам не вмешался?

– А может, ты с нами здесь остаться хочешь? Я тебе разрешу спать в моей комнате. Правда, кровать только одна, но ведь у меня есть сто баксов. Куплю тебе другую, - серьезно заявляет братишка, сжав мои щеки ладошками.

– Здесь не получится, приятель, - отвечает за меня Рустам. Я вздрагиваю и перевожу взгляд на мужчину. Он вошел в комнату один, без Анны Сергеевны. Такой огромный в этой квартире. Невысокие потолки визуально делают его еще больше.

Рустам не сводит с меня глаз, обращаясь при этом к Саше:

– На сто баксов можешь купить что-нибудь себе или маме. А можешь оставить до дня рождения сестры. Он совсем скоро.

– Правда?!
– вспыхивает Сашка.
– А когда, Ян?

– Через месяц, - сиплю я.

Не хочу думать о предстоящем дне рождении. Ну зачем он сейчас об этом заговорил?! О последнем у меня нелучшие воспоминания.

– Круто! Тогда я тебе что-нибудь подарю. Что-нибудь, что любят девчонки, - визжит братишка и морщит нос.
– Жаль только, что остаться ты не можешь, Ян. Мне бы очень хотелось, - вмиг его настроение меняется, на лице появляется печальное выражение, а нижняя губка начинает подрагивать.

– Обещаю, что буду так часто привозить Яну к вам в гости, как ты захочешь, приятель. Так что не расстраивайся. К нам домой ты тоже сможешь приезжать, Сань.

К нам домой.

К нам.

Домой.

Сань.

Все уже решено. И я не смогу иначе. Не после всего. Я не смогу ему отказать. Да и как я откажу, ведь все, что он дал Саше и Анне Сергеевне, он может забрать. Рустам добр к ним из-за меня, а так они ведь чужие ему люди. Никто. И он не обязан о них заботиться.

– Яна?
– зовет меня Анна Сергеевна, вырвав из собственных мыслей.
– Можно тебя на минутку?

Спускаю Сашку с коленей и поднимаюсь с постели.

– Сейчас вернусь, - говорю братишке и треплю его пальцами по голове.

Когда прохожу мимо Рустама, снова ловлю на себе его взгляд, ладонь мужчины ложится мне на живот, чуть сжимает и соскальзывает, рождая внутри сумасшедший трепет. Рустам не удерживает меня. Просто как будто прикоснуться хотел.

Я помню его слова в машине. "Не бойся меня". Он ведь прав. Я боюсь. Его. Себя. Чувств. Предстоящей ночи. Боюсь, что будет дальше, и боюсь, что будет после. Мне хочется оттянуть момент, когда нам нужно будет уезжать, и с другой стороны, хочется, чтобы все поскорее случилось. Чтобы хотя бы чего-то перестать бояться. Чтобы понять, смогу ли я дальше с ним быть и не утонуть в отвращении к себе, не сойти с ума.

А еще я должна сказать ему "спасибо". Пока я не смогла. Не получилось. Но я должна. Я испытываю такую потребность, но мне все время кажется, что просто слов будет недостаточно. Я уверена, что будет недостаточно. Паника меня накрывает с головой. Мне страшно услышать, что он скажет после слов благодарности. Мне страшно, что он сделает. Мне страшно, потому что в глубине души я этого хочу. Это мое безумие.

***************

Мы с Анной Сергеевной идем на кухню, оставив Сашку и Рустама в комнате. Электрический чайник щелкает, сообщая о том, что вода закипела, когда я сажусь за стол. Женщина заливает кипяток в заварочник, после чего кухня наполняется ароматом мяты и каких-то ягод.