– Не корите себя. Ваш ждет другая жизнь. Постарайтесь прожить ее иначе.

– Спасибо, Яна, - шепчет Анна Сергеевна.
– Спасибо тебе за эту жизнь. Не знаю, что ты сделала такого, чтобы этот мужчина нам помог, но спасибо тебе за это.

Я тяжело сглатываю и невольно поворачиваю голову в сторону двери. Я еще пока ничего не сделала.

– Куда мы едем?
– спрашиваю Рустама, когда он выруливает с шоссе не в сторону нашего дома. До этого момента я ничего не говорила. Так и не решилась сказать спасибо или задать вопрос об отце. Мне просто страшно начинать этот разговор, потому что я боюсь того, к чему он приведет, а приведет он к обсуждению наших с ним дальнейших отношений. Обсуждение, конечно, все равно меня ждет, когда мы приедем, но пока мы в дороге мне очень не хочется портить впечатление о сегодняшнем вечере. Он прошел замечательно. После разговора с Анной Сергеевной мы все вместе попили чай, я почитала Саше истории про пиратов, одним из которых он неожиданно решил стать, но только добрым пиратом, не злым, затем Рустам спустился к машине, дав мне возможность наедине попрощаться с братом. Анна Сергеевна, разумеется, еще раз десять спросила, точно ли он мне не навредит. Знаю, что убедить ее на сто процентов мне не удалось, но немного успокоить получилось. Я дала ей свой номер и взяла ее, чтобы иметь возможность в любой момент выйти с ней на связь. С Сашкой мы договорились, что в следующий раз я приеду к нему послезавтра. Он настаивал на "завтра", но я решила, что завтра и так слишком много меня ждет. Мне еще эту ночь пережить как-то нужно...

– Домой, - тихо отвечает Рустам, бросив взгляд в мою сторону.

– Домой? Но ведь так нам придется делать слишком большой крюк.

– Мы едем в новый дом, Яна. Точнее, в квартиру. Ты вроде говорила, что в моем доме тебе некомфортно.

Сердце начинает биться быстрее. Кажется, сюрпризы на сегодня не закончились.

– Надеюсь, ты не против, что я сам выбрал квартиру? Мне кажется, она тебе подходит.

Облизываю губы и нервно сжимаю подол юбки, которая задралась слишком высоко. Замечаю, как взгляд Рустама падает на мои бедры, руки на руле напрягаются.

Не против ли я? Понятия не имею. Я вообще не ожидала, что он действительно решит сменить жилье. И что дальше? Мы там... вместе будем жить? Или я одна? О чем он думает сейчас, когда так смотрит?

– Ян, ты можешь вопросы задавать вслух.

– Ч...что?

– Спрашивай, если тебя что-то волнует. Я не знаю, о чем ты думаешь, но предполагаю. Чтобы не было недоразумений, лучше спрашивай сразу прямо. Честно говоря, я удивлен, что ты так молчалива после вечера. Был уверен, что как только мы сядем в машину, ты завалишь меня вопросами о твоем... отце, - он выплевывает это слово с плохо скрываемым отвращением, - и о Саше.

– Я просто хотела подождать с расспросами до дома.

– Хорошо. Как пожелаешь. Поговорим дома.

Хорошо? Ничего хорошего. Теперь я нервничаю еще сильнее. Квартира для Саши и Анны Сергеевны, квартира для меня или... для нас. Он делает все, чтобы я была с ним. Боже мой... сейчас мы приедем в новую квартиру, туда, где ничего не напоминает мне о прошлом, о маме, и что дальше... он попросит меня лечь с ним в постель? И что я могу ответить? Я вообще теперь вправе отказать?!

От нервов и страха перед неизвестностью меня трясет весь оставшийся путь. Я пытаюсь собраться с мыслями и набраться уверенности, но мне с трудом удается. Это чертвоски сложно - принять неизбежное. То, что должно случиться, все равно случится. Тем более, Рустам изначально дал понять, какие у него ко мне чувства и желания. Какой смысл теперь убегать от правды? Он выполнил все обещания - Саше помог, с работой помог, квартиру другую нашел. Мне остается дать ему то, чего он хочет. Себя. Свое тело. Я будто продаю себя. Так ведь получается? Секс за помощь. Так часто бывает в жизни. Об этом говорила Регина. Я так и хотела, когда приняла решение играть. Вот и настал момент X, когда мне остается проверить, смогу ли я играть, смогу ли я не сломаться.

Мы поднимаемся на двадцать первый этаж на лифте. По коридору Рустам шагает чуть впереди, я медленно плетусь сзади, разглядывая его спину. Мне нужно будет прикасаться к нему. К его телу. Возможно он попросит целовать его, гладить руками. Он будет трогать меня. Будет внутри меня.

Невольно в мыслях вырисовывается картинка, похожая на сцену, случившуюся на кухне, только одежды на мне нет совсем, и на Рустаме тоже, следом за ней между ног возникает тянущее болезненное ощущение. Нет, нет... не хочу я это представлять...

– Яна? Ты идешь?
– окликает меня Рустам.

Я поднимаю взгляд на него и понимаю, что стою на одном месте и не двигаюсь. Он уже открыл дверь и зашел внутрь квартиры, а я продолжаю стоять. Его лицо как всегда трудно прочитать, но мне на мгновение кажется, что в глубине его глаз мелькает сомнение. Губы сжаты, а подбородок напряжен. Интересно, как в его глазах сейчас выгляжу я? Учитывая то, о чем я только что думала. Надеюсь, по моему виду непонятно, хотя я сжимаю бедра, чтобы снизить болезненное напряжение между ног. Он на эти бедра смотрит, глаза темнеют.

Это плохо. Очень-очень плохо...

Делаю маленький шаг вперед и снова застываю.

Сумасшествие какое-то.

– Что дальше? Что... будет дальше?
– хриплю чуть слышно.

Он понимает, о чем я спрашиваю?

– Зайди. Не в подъезде же об этом разговаривать, - отвечает мужчина и поднимает руку. На указательном пальце висит брелок с ключами. Он вытягивает руку вперед. Ждет, когда я подойду.

Наконец, сделав глубокий вдох и выдох, я вбегаю в квартиру и сжимаю руками ключи, что держит Рустам. Дергаю их на себя, но он не отпускает. Сначала обхватив талию притягивает меня к себе. Так плотно, что эрекция упирается мне в живот.

Божечки...

Слышу, как за спиной захлопывается дверь.

Вот и все.

Мужчина чуть двигается вперед, толкая меня на эту дверь. Ключи отпускает.

– Твои, - выдыхает он мне в губы.

У меня сейчас, кажется, инсульт случится, потому что аж глаза жжет от давления крови.

****************

Пальцы Рустама вдавливаются в мои бедра, нос утыкается в шею, губы слегка пощипывают кожу. Я сжимаю ключи в руке, чувствуя, как металл больно врезается в ладонь. Губы мужчины проскальзывают под ухом, а лоб упирается в дверь рядом с моим плечом. Рустам тяжело и шумно дышит, будто пытается совладать с самим с собой. Не понимаю, как у меня получается хоть что-то слышать, потому что сердце грохочет так, что на фоне его грохота меркунт все остальные звуки.