— Только ты могла использовать мою славу, чтобы помочь собрать деньги для благотворительных организаций. Черт возьми.

— Твой комплимент затерялся где-то внутри твоего подкола.

— Я даже не имел в виду, что это подкол. Это… Это невероятно. — Он смотрит вокруг яркими глазами и широко улыбается. Почти как будто он чувствует себя как дома в спортзале, в окружении скрипящих кроссовок и качающихся боксерских мешков.

Прежде чем я успеваю что-то прокомментировать, главный человек, которого я наняла для организации мероприятия, прерывает нас. Она объясняет цели дня, пока Джакс внимательно слушает. Его готовность участвовать удивляет меня, особенно когда он сообщает другим гонщикам об этом.

В течение следующих нескольких часов я пытаюсь оторвать взгляд от Джакса на ринге, но мне это дается с трудом. Даже труднее, чем его мышцы, напряженные под ярким светом тренажерного зала. Его кожа блестит от пота, и на его лице все утро постоянная улыбка. Это так захватывает дух, что мне трудно смотреть на него в течение длительного периода времени. Это все равно, что долго смотреть на солнце, когда глаза горят, а кожа становится горячей.

— Хочешь, я сфотографирую его для тебя? Они обычно держатся дольше. — Рядом со мной появляется загорелая женщина, в которой я сразу же узнаю девушку Ноа, Майю. Майя немного ниже меня ростом. Она одета в такую же тренировочную одежду, как и я, а ее брюнетистый хвост развевается позади нее. — Отличное мероприятие, кстати.

— Так здорово, и я люблю это дело. Майя, сфотографируй меня, пока ты здесь. Я собираюсь отправить его племянницам Лиама. — Софи, с белокурыми косичками и в соответствующем флуоресцентном спортивном бюстгальтере и леггинсах, машет Майе, пока та идет к кольцу. Она выглядит маленькой по сравнению с возвышающимся октагоном для спарринга.

— Она любит хорошие моменты для фото. — Сантьяго Алаторре обнимает сестру за плечи, а его карие глаза смотрят на меня. С его темных волос капает пот после раунда спарринга с болельщиком.

— Солнышко, я же сказал тебе держаться на расстоянии пяти футов. — Лиам прислоняется к проводам и целует Софи в макушку.

Софи издает рвотный звук.

— Я сказала тебе перестать называть меня так несколько месяцев назад.

— Я не виноват, когда ты так одета. — Лиам одаривает ее веселой улыбкой, качая головой, и меня охватывает крошечное чувство ревности. Не к ним в частности. Боже, нет, мне не нравится Лиам в таком роде. Скорее потому, что мне трудно игнорировать чувство одиночества при виде по-настоящему счастливой и влюбленной пары.

Последние отношения у меня были давным-давно, до того, как бабушка заболела, а я начала работать в Формуле-1. Это в сочетании с моей неспособностью представить себе будущее с ними настраивало меня на неудачу. Я не думала, что буду скучать по романтическим отношениям с кем-то, но когда я вижу счастливую пару, меня это сильно задевает.

— Почему ты хочешь, чтобы она держалась подальше? Я бы пожертвовал тысячу евро, чтобы увидеть, как Софи надирает тебе задницу там. — Ноа делает глоток воды из бутылки Майи.

— Я бы хотел посмотреть, как она попытается. Джакс научил меня спаррингу много лет назад. — Лиам опускается на пол спортзала.

— А ты все еще ужасен! Мне бы больше повезло научить Сантьяго драться. — Джакс вскидывает руки вверх, следуя за Лиамом за пределы ринга.

Лиам крутит средним пальцем, как валет в коробке. С моих губ срывается тихий смех, возвращая внимание Джакса ко мне. Его суженные глаза не производят нужного эффекта, вместо этого по моей коже бегут мурашки.

Заметка для себя: перестать планировать мероприятия, требующие, чтобы Джакс снимал рубашку. Его пресс отвлекает внимание зрителей.

Меня. Я — зритель.

— Я не знал об этом. И я видел правый хук Санти. — Ноа подходит к своим друзьям.

— И не забывай об этом. Одно неверное движение в сторону Майи — и тебе конец. — Санти подбрасывает пару ударов в воздух.

— Эй, это Елена, верно? Не могла бы ты сфотографировать нас, пожалуйста? — Майя предлагает мне свою камеру.

Не обращая внимания на растущее чувство одиночества, я делаю несколько снимков и возвращаю камеру Майе. Группа смеется, когда Сантьяго тащит Ноа в восьмиугольник, утверждая, что он должен напомнить ему, что случится, если он разобьет сердце его сестры.

Весь оставшийся день я чувствую на себе взгляд Джакса, даже когда делаю вид, что занята другими делами.

Я не должна этого замечать. Не должна хотеть этого. Но больше всего я не должна желать большего.

Джакс

Выживание в первых двух гонках включало в себя Ксан за ночь и тонну глубокого дыхания.