— Я могу дать клятву молчания, — выдавил Малфой. — Да мне всё равно некому рассказывать. Но сам я многое знаю и смогу вам пояснить что-то, если вдруг будет…

— Ты собираешься нам помогать? — удивилась Гермиона.

— Думаю, что мы в одной лодке, — уклончиво ответил Малфой. — К тому же, ну… кроме вас у меня здесь нет знакомых и…

— И Малфой у нас, оказывается, лучший друг Гарри Поттера, — съязвил Гарри, внезапно осёкшись под холодным взглядом серых глаз.

— Я предлагал тебе дружбу, а ты отказался.

— Что? Да не было такого! — удивился Гарри.

— Было, в поезде. И ещё раньше. В ателье, — набычился Малфой.

— Ну, видимо, я такой тупой, что не понял, — хмыкнул Гарри, желая вызвать реакцию, чтобы можно было выпнуть Малфоя под зад под предлогом, что тот не умеет дружить или вроде того.

— Что было, то прошло, — удивил его Малфой. — Ну так что там с письмом?

— Вот же слизеринец, — фыркнул Гарри, удивляясь, как тот выкрутился. Но особой злости на Малфоя у него не было. Возможно, он просто их перерос. — Ладно, вот письмо. Разрешаю его прочитать. Гермиона, зачтёшь вслух?

Гермиона кивнула и осторожно взяла толстую бумагу.

— Так значит, из Азкабана Крауча вытащила мать? — резюмировал Малфой, когда Гермиона закончила с письмом. — Он был невиновен и смог подтвердить это клятвой, поклявшись её жизнью.

— Да, а потом его прятал и выхаживал мистер Крауч, — кивнул Гермиона. — Его репутация сильно пострадала после того случая. Между прочим, я читала старые подшивки про Пожирателей, после того случая на Турнире и с Винки, и с теми нападениями.

— И что? — спросил Гарри.

— А то, что причина может быть не только в том, что написал Барти Крауч, если… мы принимаем это за гипотезу…

— Гипотезу? — фыркнул Малфой. — Что Дамблдор на самом деле не такой уж добрый, светлый, пушистый и правильный? Старичок мог запудрить мозг маггло… кому-то, кто не вырос в волшебном мире, но он…

— Ладно, мы поняли, — перебил его Гарри. — Что ты хотела сказать, Гермиона?

— Тот случай с Барти-младшим, которого обвинили в пособничестве Лестрейнджам, которые напали на Лонгботтомов… Его отец в это время занимал место главы Департамента магического правопорядка, и его законы позволяли аврорам…

— Хватать всех без суда и следствия, — хмыкнул Малфой. — Я тоже наслышан.

— Так вот, после того, как… как Тёмный Лорд исчез благодаря Гарри, то Бартемиусу Краучу пророчили кресло Министра Магии, — продолжила Гермиона. — Он уже тогда стал главой Визенгамота. Я хотела узнать о том времени побольше, всё же это наша история, к тому же напрямую связанная с Гарри…

— А потом, когда все праздновали великую победу, произошло нападение на Лонгботтомов якобы Барти-младшего, моей тёти Беллатрикс и братьев Лестрейндж, — задумчиво похмыкал Малфой. — Я точно помню, что мама говорила, что тётя ни в каких группировках не состояла. Да и отец тоже… удивлялся, что они внезапно так себя проявили. Они были проверены и было установлено, что Империус на них не использовался.

— А метка? — спросил Гарри.

— Она пропала у всех, кто имел отношение к Тёмному Лорду, — уверенно ответил Малфой. — Так что Лестрейнджей и тётю Беллу посадили в Азкабан пожизненно. Как раз Бартемиус Крауч и настоял на столь строгом приговоре. А потом, получается, выяснилось, будто Крауч-младший тоже был среди Пожирателей. И его отцу пришлось дать ему такой же срок, как и тем, кого обвиняли в подобном. После таких репутационных потерь ни о каком кресле Министра не могло быть и речи. К тому же его потихоньку оттеснили, и место председателя Визенгамота занял Дамблдор.

— Да… — Гарри задумался. — Вообще, тогда всё сходится.

— О чём ты, Гарри? — спросила Гермиона.

— Ну, мы с Сириусом были в его старом доме. Я общался с леди Вальбургой на портрете, это его мама. Она сказала, что просила у Дамблдора рассмотреть дело Сириуса. Но его посадили в Азкабан, как раз когда была какая-то неразбериха… В общем, получается, что его вроде как посадили за предательство моих родителей, но суда не было. Его… ну как будто просто забыли в Азкабане.

— Если учесть, что со слов Барти Крауча, Дамблдор причастен к исчезновению Регулуса Блэка, младшего брата Сириуса, это вполне понятно, — снова хмыкнул Драко. — Получается, что можно оставить Сириуса в Азкабане, чтобы не узнавал ничего.

— Кстати, отец Сириуса, Орион Блэк, тоже исчез при загадочных обстоятельствах в семьдесят девятом, — вспомнил Гарри. — Но Сириус тогда не жил с родными и поэтому узнал об этом сильно позже, когда уже из Азкабана сбежал. И про брата, и про отца. Ну и про мать. Леди Вальбурга умерла в восемьдесят пятом, я запомнил, что десять лет назад, мы в прошлом году были.

— В «Ордене Феникса», о котором рассказывал Сириус, вообще многие погибли или были каким-то образом… — протянула Гермиона. — Братья Прюэтт, родители Гарри, Лонгботтомы, Сириус…