Так что четыре дня назад, в начале распределения по общежитиям, Гарри помог Куэс с переездом и обустройством новой комнаты и торчал там практически всё свободное время, если Куэс не работала. После той ночи в доме Сириуса они ещё больше сблизились, постепенно привыкали друг к другу, учились доставлять удовольствие и синхронизировать магические потоки. Гарри получил обещанные книги и с удивлением узнал про обмен магией у волшебников. Занятия любовью были частью постоянных ритуалов обновлений волшебников и позволяли стабилизировать магическую силу, жить и не стареть дольше. Как оказалось, именно из-за этого было большинство заморочек с чистокровностью и всеми этими Родами, а также высокая вероятность умереть вслед за супругом. Согласно книге, дело было не только в магических брачных клятвах, но и в привыкании к определённому магическому потоку для обновлений, особенно когда в браке достаточно долго. Магия волшебников имела свои вектора силы, объёмы ядра и даже цвета. У них с Куэс была хорошая совместимость даже по косвенным описаниям, но когда Гарри, воспользовавшись формулами, всё подсчитал, то вышло восемьдесят шесть с половиной процентов, что в сводной таблице равнялось «превосходная совместимость». Выше — от девяноста процентов — был лишь какой-то «абсолют». Куэс сказала, что этот абсолют считают мифом, потому что даже семидесятипроцентная совместимость крайне редка.

— С Юто у нас была совместимость шестьдесят два, — ответила Куэс на вопрос, который невольно вырвался у Гарри. — Это считалось вполне высоким показателем для брака по договорённости. От брака отказываются, если совместимость меньше тридцати трёх процентов.

Гарри смущённо кивнул, радуясь, что хотя бы в этом он был точно лучше Юто. А что касается кланов и особых семейных Даров, то он что-нибудь обязательно придумает.

* * *

Занятия у шестого курса были со второго сентября, то есть с понедельника, но по предписанию студенты, которые не жили в кампусе во время каникул, должны вернуться в студенческие дома не позднее последнего дня августа. Гермиона написала, что прибудет из Франции, где встречалась с родителями, как раз тридцать первого. Подруга, уехав со своим Крамом в Болгарию сразу, как начались каникулы, ещё не видела, как Гарри изменился, так что в какой-то мере он предвкушал встречу.

Вечером, еле оторвавшись от Куэс, Гарри вернулся буквально за пять минут до закрытия общежития и хотел увидеть Гермиону, но её комната оказалась закрыта. Ребята сказали, что та приехала пару часов назад и ушла к своему парню. В итоге Гарри лёг спать, решив, что Гермиона осталась на ночь у Крама и у них ещё будет целое воскресенье, чтобы спокойно пообщаться.

— Доброе утро, мисс Черри, — поздоровался Гарри, спускаясь к завтраку. С сегодняшнего дня, как официального окончания лета, работала и их экономка-кухарка. С кухни доносились запахи бекона, омлета и жареных тостов, а в гостиной-столовой слышался характерный гул голосов.

— Доброе у… Ой, Гарри, это ты? А я уж подумала, что у нас ещё один новенький… Ох, дай я на тебя посмотрю! Как ты вырос за лето! — заулыбалась мисс Черри. — Стал таким взрослым! И без очков тебя и не узнать! Такой красивый молодой волшебник. Поспеши, я уже накрываю.

Гарри только улыбнулся, немного смутившись от комплиментов. Но в то же время испытал некоторое облегчение, потому что мисс Черри хотя и удивилась, но не настолько, чтобы обвинять его в каком-нибудь неправильном взрослении. Куэс была права, когда сказала, что так и будет.

— Всем привет! — Гарри вошёл и с некоторым неудовольствием увидел, что его обычное место занято. Не то чтобы стулья были подписаны, но в прошлом году он всегда сидел там, а рядом Куэс и Гермиона. Впрочем, обеих за завтраком не было. Так что он двинулся к свободному стулу, рядом с каким-то незнакомым белобрысым парнем, похожим на Малфоя.

Стоп. Что?

— Гарри? Ого! Как ты вырос за лето я тебя и не узнала! — нарушила образовавшуюся тишину Скалли О’Брайен, которая училась на курс старше.

— М-Малфой? — выдавил Гарри, пялясь на белобрысого. Это точно был Малфой. Только немного повзрослевший, вытянувшийся и со слегка отросшими волосами. В общем, такой, каким бы стал Малфой на шестом курсе.

— О, Гарри, так вы знакомы с Драко? — защебетала Скалли и хитро улыбнулась. — Ты что, сделал такую рекламу нашей Академии, что сюда столько людей переводятся?

— Ладно тебе, если в Салем переводятся такие красивые мальчики, никто не против, мальчикам мы всегда рады, а то у нас сплошь девчонки, — перебив, хихикнула Нэнси, которая училась на одном потоке с Гарри, но вместе они ходили только на гербологию и чары. — Мы как раз спрашивали Драко, как ему у нас и много ли отличий от знаменитого Хогвартса и знает ли он Гарри Поттера, выигравшего европейский Турнир магов, о котором писали в газетах.

Гарри мысленно взвыл. Его в прошлом году тоже спросили про Гарри Поттера, всё же про Турнир писали даже в Америке, правда, не в таких масштабах. Он соврал, что они дальние родственники. Сначала было удивительно, что после этого с вопросами к нему не лезли, но позже Гермиона с Куэс признались, что нарочно пустили сплетню о том, что Гарри перевёлся потому, что устал быть в тени своего родственника и решил начать новую жизнь. Мол, даже имена у них с тем-самым-Поттером одинаковые, то ли в честь дедушки, то ли так совпало, и очки оба носили, и фигуры примерно похожие, из-за чего их путали учителя, и что Гарри это раздражало и лучше про Гарри Поттера у него не спрашивать. Однокурсники отнеслись с пониманием и больше не докучали.

«Знаменитый шрам» удалось скрыть чарами, подсказанными Куэс, а после случая с Чёрной Библией молния, прочерчивающая лоб, и вовсе сама куда-то подевалась. Гарри обнаружил это недавно.

В общем, всё было так хорошо, Гарри смирился со Снейпом, даже с Краучем всё рассосалось, и тут нарисовался Малфой! Мёдом им всем, что ли, тут намазано?

— Конечно же я прекрасно знаю Гарри Поттера, — криво усмехнулся Малфой и украдкой посмотрел на Гарри. — Гарри… Он мой лучший друг.

Гарри еле сдержался, чтобы не заорать «Что?! Что ты несёшь?!».